Иркутской юности, 60-70x годов, посвящается
В Ангаре отражается свет, ночных, фонарей.
Я спешу на свидание к ненаглядной, своей.
Острый запах акации и сирени в саду,
Знаю, ждёшь ты, красивая, что к тебе я приду.
Ах, Весна, что ты делаешь?
Кружишь головы нам.
И не только ведь девушкам,
Но и всем пацанам.
Ах, Весна, что ты делаешь?
Кружишь головы нам.
И не только ведь девушкам,
Но и всем пацанам.
Ты лишь только мне встретилась – я, сражён, наповал.
Озорной взгляд и женственный, лица, нежный, овал.
В углах глаз, тушью, стрелочки, копна взбитых волос
И короткая юбочка, выше только лишь нос.
Ах, Весна, что ты делаешь?
Кружишь головы нам.
И не только ведь девушкам,
Но и всем пацанам.
Ах, Весна, что ты делаешь?
Кружишь головы нам.
И не только ведь девушкам,
Но и всем пацанам.
Грациозной походкою ты на шпильках* идёшь
И качая чуть бёдрами, восхищения ждёшь.
От жары асфальт плавится, блеск зеркальных витрин,
А к тебе жадно тянутся взгляды, многих, мужчин.
Ах, Весна, что ты делаешь?
Кружишь головы нам.
И не только ведь девушкам,
Но и всем пацанам.
Ах, Весна, что ты делаешь?
Кружишь головы нам.
И не только ведь девушкам,
Но и всем пацанам.
В Ангаре отражается свет, ночных, фонарей,
Я спешу на свидание к ненаглядной, своей.
Острый запах акации и сирени в саду,
Знаю, ждёшь ты, красивая, что к тебе я приду.
Ах, Весна, что ты делаешь?
Кружишь головы нам.
И не только ведь девушкам,
Но и всем пацанам.
Ах, Весна, что ты делаешь?
Кружишь головы нам.
И не только ведь девушкам,
Но и всем пацанам.
• женские туфли на высоком, тонком каблуке
|
