Леониду Э.
О, скольким ты вернул здоровье
и скольких возвратил надежде!
Не различал больных по крови,
соцположенью и одежде.
Я помню, как ты мог средь ночи
присесть у чьей-нибудь постели.
Шёл добровольно, между прочим,
в дожди и снежные метели.
Твоё душевное вниманье, –
о нём легенды сочиняли, –
и чудо-руки, чудо-знанья
больных всех к жизни возвращали.
Ты отдавал своё здоровье,
чтоб у другого жизнь продлилась.
И вот поэтому случилось:
однажды изошёл сам кровью.
Она багровою струёю
стекла по белому халату.
Какою непомерной платой
вдруг рассчиталась жизнь с тобою
за то, что бескорыстно тая,
спешил всегда на помощь людям!
Неужто плата вот такая
за доброту извечно будет?
|
