Мы пили пламя, как вино.
Судьбой другого не дано.
Вспухала волдырями кожа,
Страданья наши лихо множа.
А мы и к богу не взывали,
Лишь дико выли, завывали
И умирали средь огня
При свете солнечного дня,
Вдыхая жар безбожный дыма
В кошмара нашем нестерпимом,
Где взрывы всех бросали навзничь,
Камнями нас, давя вдобавок,
Чтоб понадёжней сжечь тела,
Взрывчатка что не порвала,
Оставив, видно, на жаркое,
Для этого добавив зноя,
Хотя, казалось, можно ль боле
Добавить в жутком пекле боли.
Да, оказалось, что вполне
Кошмар создать страшней, чем в сне.
И создавался он успешно,
Заставив корчиться потешно
Живую плоть в предсмертной жути,
Где кожа струпьями лоскутными
Светилась, как огонь бенгальский
В глобальном жаре кардинальном.
|
