Мне вдруг стало на все равно,
Не могу сказать, что свезло.
С безразличием пришла Она,
Как же звали Ее.. Тоска!
Уж забыл я, что было давно,
Как увидел впервые Ее.
А Она ведь была не красива,
Но во взгляде Ее столько силы!
Как посмотришь, так мир опостыл,
И никто уж тебе и не мил.
Всё глядишь в пустоту Ее глаз,
Сердцем ждешь, чтобы кто-нибудь спас.
Но со временем я повзрослел
И походу совсем осмелел,
Раз сижу в одной комнате с Ней,
Отдалённый от всех людей.
Мы сидим. Стынет чай на столе.
И так тихо в ночной полутьме.
Я молчу, ничего и Она мне не скажет.
Как смиренно союз у нас слажен.
Посмотрю на нее, а Она
Не сведет серых глаз с окна.
— Ждёшь кого-то?
— Да, ты его знаешь.
— Правда что ли?
— Ты мне доверяешь?
Я смолчал. Вдруг Она повернулась,
Лишь слегка краем губ улыбнулась.
— Он пришел. Извини, мне пора.
— Чашка чаем еще полна!
— Слишком терпкий у чая вкус.
Не грусти, я ещё вернусь.
Только встал, как захлопнулась дверь.
Ноги вдруг ощутили твердь.
Подбежал я скорее к окну,
Силуэт Ее стройный мелькнул.
Пробежала Она тротуар,
А меня всего бросило в жар,
Ведь стоял там фонарь, а под ним
Точно я, только с взглядом пустым.
И стоял я, сжимал занавески.
Раздавались по лужам всплески.
А Тоска все вела часть меня,
Что была с людьми холодна.
|
