После боя

Я как Христос среди пустыни.
Вокруг меня пустырь в руинах.
Да что о пустырь и город весь,
Как бы щебёнка на замес.

А я стоял, есть не хотелось
Не потому, что сор вокруг,
Но пыль и кровь на мне виднелись,
Я ж их не смыл, не счистил с рук.

И потому стоял задумчив
Я с молчаливостью Христа,
А сумрак тихо и бесшумно
Твердил: «Твоя душа чиста».

И я присел на груду камня,
Разжали пальцы автомат,
Дымы клубились ввысь клочками,
Опустошённым был мой взгляд.