Здесь затхлость сырости крепка,
Как будто бы прошли века,
Хоть лишь недавно артналёт
Заставил нас вести отсчёт
Подвальной жизни безопасной,
Где даже взрывы столь неясны
И глухо дрожь передают
Тяжёлых тягостных минут,
Когда пытаешься понять,
Сумеет ли тебя достать
Очередной снаряд иль бомба,
Что ухают с большим апломбом,
Нас, повергая в тихий трепет
И губы произносят лепет
Молитвы тихой: «Сохрани,
Пожалуйста, не схорони
В убежище надёжном, верном,
Где взрывов гул глухой, размеренный
Нам кажется таким далёким,
Ведь мы не видим ада оком,
А это утешенье всё же,
Хоть дрожь и пробирает кожу,
Ввергая души в тяжкий ступор
Безжалостно и даже грубо.
Но что нам этика боёв,
Что так трясёт подземный кров,
Где мы застыли, недвижимы
И потому, наверно, живы
В подвале затхлом и сыром,
Где мы общиною живём,
Не героически страдая,
Финала своего, не зная».
|
