Там-тамы...

«Постой. давай, сбежим
в хорошее». (Крайне Седативен)

Хорошее строит рожи,
уплетает мороженое,
оно всё во мне записано,
перелистано,
буковка к буковке,
пуговка к пуговке,
но неразборчиво.

Листаю
неосторожно
из прошлого
в настоящее,
из настоящего
в прошлое...

у настоящего
тонкая кожа...

Руки впитали
рифму ли,
ритмы ли,
грифеля нет,
кохинор не заточен,
что то из Борджа,
вот эта пыльца на пальцах,
сбежать в хорошее —
не потеряться бы...
листание не проходит
даром...

Каждая страница заряжена
крупнокалиберно,
откалибровано
под настроение
щёки заплаканы,
глаза нараспашку,
а душа заштопана наспех
как белый флаг...

Что поделать,
никто не знает, как жить,
даже те, кто умно
советует тем,
кому фиолетово,
оранжево
и в глубокую крапинку.

Заварю арабику,
научу себя и героя лирического
чему-нибудь симпатичному —
бить по утрам в там-тамы,
собирать из осколков пазлы
или показывать чудеса
из лиловой шляпы.

Поостеречься нам бы,
есть же хореи, ямбы,
маска трагикомическая
на тонкой палочке —
снимаешь с лица, а под ней
тоже и смех, и слёзы.

Персонажи пыжатся,
из нас выходят,
гуляют по травке,
читают Кафку,
по кайфу,
заскучав,
затевают счастье,
потасовку или
переворот.

Сами знают, чего хотят,
но далеко не всегда,
держат руками
незагорелое лето,
дождались жары,
взалкали дождика,
а потом и на дождь пеняют.

Бог поэтский,
храни художников...
ибо ведают,
что творят.