Ночь над домами зонт раскрыла чёрный,
Я просто брёл — и вдруг услышал крик.
Я подошёл — среди толпы огромной,
Под фонарём открыл «дискуссию» старик.
— За шкирку вытащим мы умных психиатров
И бросим в сумасшедшие дома! —
Кричал, подвизгивая, пьяненький оратор,
Слюной разбрызгивая страшные слова.
— А тех, кто прячется в церквях, ища спасенья,
Листая толстую книженцию свою,
Шепча молитвы, доводя до одуренья
Свою безмозглую и лысую башку,
— Мы их туда, где очень много леса —
Работы хватит и иудам, и святым.
Туда учёного, туда же и балбеса,
И баб туда — чтоб не скучно было им!
Ведь наши бабы — как зачитанные книги,
Их перелистывали многие не раз.
Они одним отваливают фиги,
Другим — подарки венерических зараз.
Где эти женщины — краса и цвет России,
Готовые на каторгу пойти?
С любовью мощной, ураганной, как стихия...
Тех сильных женщин больше не найти.
Какие доводы ещё преподнести бы,
Чтоб не подумали, что перед вами псих?
Спокоен я — как пульс у мёртвой рыбы,
Не нервный у меня сегодня срыв...
— Он поперхнулся и костлявою рукою
Какой-то сделал непонятный жест.
Пройдя меж расступившейся толпою,
Он канул в ночь — и там, в ночи, исчез.
|
