Обряд

Мой враг был явно обречён,
Он был со смертью обручён.
Всё оттого, что штык мой славный,
Вспорол его весьма не слабо,
Так, что и кровь из рта струилась
И тело в судорогах билось,
Глаза покрылись поволокой,
В коленях подогнулись ноги
И он готов был пасть во прах,
Отбросив прочь ненужный страх.
И голова его поникла
Во время нашего конфликта.
И я не стал «тянуть резину»
И резко штык из тела вынул,
Ища вблизи другое тело
С азартом в чувствах загрубелых.