Милый мальчик, ты так весел…
Милая девочка, даже немножко,
даже вот столько — не тронь! —
бойся поймать, словно глупая кошка,
солнечный зайчик в ладонь.
Милая девочка в розовом платье,
было уже — на постель
солнце взошло и сомкнуло объятья,
выбрало жертву и цель.
Немилосердное — жарко и крепко,
хочется, сдвинь набекрень —
но не помогут: ни шляпа, ни кепка,
ни загустевшая тень.
Мед или яд, все равно, что осталось —
солнце, коль тара пуста,
немилосердное переливалось
и целовало в уста.
Переливалось, горело и слово
было, и было — терпеть! —
солнце без жалости, снова и снова
с телом сходилось, как смерть.
Немилосердное — много ли, мало? —
капли стекали с весла,
невероятно вместить, но вмещала,
не расплескав — понесла.
Не расплескала, старалась усердно,
спрячешь ли в темной избе
нечеловеческий — немилосердно —
свет, вожделевший к тебе?
Страсть или смерть, все равно, что случилось —
все одинаково той,
самой, в которую солнце садилось —
Господи, Боже ты мой!
|
