Свобода и несвобода
Не странно ли, господа, что Александр Пушкин, имевший только в
Болдино свыше тысячи крепостных, и живший на кровавые рубли своих
крестьян, пишет оду «Вольность» в 1817 году? Не странно ли, господа,
что дворяне, являвшиеся крепостниками, вышли с непонятными
требованиями на Сенатскую Площадь в декабре 1825 года? А ведь все
они, в том числе и господин Пушкин, могли по Закону Александра
Первого освободить крестьян? Не странно ли, господа, что те, кто в
декабре 1993 года разрушили Великий Советский Союз и ничего не
создали, под лозунгом Свободы и Права ограбили свой народ и стали
учителями и проповедниками новой жизни? Да, что-то сдвинулось в
русском сознании со времён Ивана Третьего!
Из монолога обывателя
Скрутило нить веретено
И спрессовали время годы –
Свободу видеть не дано
В тяжёлом взоре Воеводы!
И не пытайтесь! Не с руки,
Благодарите криком – «Живы!»
Пред ним победные полки,
Команды, выстрелы, разрывы,
Огонь и фланговый удар,
И выбор правый и неправый,
И, наконец, победный дар
И миг истории кровавый!
Не смели жизнью дорожить
И рисковали часто царством,
Но добывали Право жить
И быть Великим Государством,
Иметь державный интерес,
Ценить Божественное Слово –
Быть может, Промыслом Небес,
Случилось Поле Куликово?
И что удельная тщета?
И что удельная отрава?
Тут не Свобода – высота,
А на свою Свободу Право!
На Право – Родину любить,
На Долю, что для всех едина –
И Патриотом вправе быть,
И Долг исполнить Гражданина!
И, под созвездием годин,
Взлететь за всех бескрылой птицей –
Равны и раб, и господин
Перед Божественной Десницей!
И в этом – Божеский Пролог,
И торжествующая Слава –
Народ сначала, Крест и Бог,
А после - Скипетр и Держава,
А после – властный приговор
И трон для нравственной опоры,
И приближённых тайный хор,
Награды, ментики и шпоры,
И незаслуженный почёт,
И весть – парижская обнова!
...Но крепостной назначен счёт
С эпох Бориса Годунова!
А мы, служенья мастера,
Писали кровью наши главы –
За нами времечко Петра,
За нами Нарвы и Полтавы,
И в океан великий след,
И Флаг, величие почёта,
Без счёта взлётов и побед,
И железа царей без счёта!
Не постояли за ценой,
И твердь распалась под ногами –
Вельможа есть и крепостной,
И правят дыбы с батогами,
И есть виновный без вины,
И дальний путь в сибирской сини –
И не в Свободе мы равны,
Равны в неравенстве отныне!
И так - не день, и так - не год,
А триста лет великой жажды -
«Страна рабов, страна господ!» -
Воскликнул Лермонтов однажды!
Не согласился иерей,
И поучал привычно паству –
«Вся власть от Бога у Царей!
Царь не подвластен Государству!»
Но кто решил? Не Божий Сын –
Решили так в Духовном Стане,
Но я, и ты – христианин,
И все мы вроде христиане!
Тогда кого на помощь звать?
С какой свободою остаться?
И должен кто повелевать?
А кто века повиноваться?
Не вопрошай! Хотя ответ
Находят люди без амвона –
«В России не было, и нет
Свободы, Права и Закона!»
Россия Совесть разнесла,
Ей позолота – не оправа,
Есть право силы, право зла,
И есть ещё неправых право!
И есть радетелей толпа –
Наперечёт трибунов знаем:
Пока кроили черепа,
Свободу славил Чаадаев!
И Пушкин, в дерзости велик,
Свободу пел до красных пятен –
Смешно, коль барин-крепостник,
К свободе времени пристрастен!
На то в Отечестве поэт,
На то и рабство выше меры –
Коль лицемерит Высший Свет,
То и поэты лицемеры!
Им дайте сахар в пастиле,
Им мерить жизнь единой планкой –
Днём быть при ломберном столе,
А в ночь - с красивою цыганкой!
Не снять с душонок колдовство –
Мы заколдованы навечно,
И в том дворянское родство,
Что тараторим бесконечно:
О Правде, Праве и правах,
О встрече с первой королевой,
Но с думой, как на островах,
Час проведём с грудастой девой,
И как возвысимся на миг,
Готовя спич у свечки сальной,
Как будет множество интриг
В судьбе, до выдумки, опальной!
Свобода – Право, а не ор,
Свобода – Дело, а не мера,
И не французский гувернёр,
Не гильотина Робеспьера,
И не восшествие – «Ура!»
Не человеческая трата,
Но жаль, мы вечно юнкера
В каре у Царского Сената,
Там, от народа далеко,
Где мало дел, но много мнений –
Нам пить дешёвое «Клико»,
Как тратить ренту от имений,
Как уходить под кустик в зной,
Как долгий век толкаться лбами –
Россия будет крепостной,
Пока мы числимся рабами!
Пока Сатрапам не до нас,
Пока нет Истины у Веры,
Пока жируют до прикрас
Случайной власти камергеры,
Пока надежда – властный рот,
Пока шагаем влево, вправо,
Пока не скажем – «Мы – народ!
Решать и думать – наше право!»
О, все «пока!» не перечесть,
Нам лучше выдюжить, не сдаться,
Да нам иметь хотя бы Честь
И не толпою оставаться!
Жаль, много звуков, мало нот,
И много крика, вместо хора!
...Не дай-то, Бог, а вдруг стрельнёт
С Невы Имперская «Аврора»!?
Вдруг встанут Грозные Полки
И понесут к Кремлю Иконы,
И впишут кровью в дневники
Свободу, Правду и Законы!?
26.11.2009
|
