Ракеты, бомбы, как секира
Сметают прелести все мира:
Дома с удобством и теплом,
Вложив в деяния апломб
И даже наглости великой,
Чтоб всю культуру в хаос дикий
Вмиг превратить на всём просторе,
Дав волю ярости и горю,
Устроив там и сям пожары
С вульгарностью высокопарной,
Где пошлость, грубость, упрощенье
Царят без всякого смущенья,
Как будто так оно и надо,
Раз смерть командует парадом
Нахально, вздорно, беспринципно,
Всю мерзость выставив постскриптум
Под видом слёзно-сердобольным,
Поведав, как всё это больно
И тяжко лицезреть раззор,
Что чёрт, конечно, здесь исторг.
Она же, с женскою душой
В тоске от доли роковой,
Что городу с лихвой досталась,
Так, что и жизни не осталось
Во всём просторе, регионе,
Наглядном, жутком пантеоне
Для рядовых, простых людей,
Что гибли скопом, без затей.