Сколько раз - не сочтёшь, -
и зимою, и летом,
Как сверну за оградой
и заново вижу:
Старый дом
и увенчанную
парапетом
Кособокую,
вечнодырявую
крышу.

Каждый раз на углу
у трубы водосточной
Череда голубей,
все молчат необычно.
Вроде птицы по виду,
но это не точно,
Может нечто похожее
в птичьем обличье.

Содрогнёшься невольно.
Безжизненный вечер.
И припомнится кто-то
в былом без прикрасу:
В нём за обликом как бы
вполне человечьем
Человека-то не было
видно ни разу.

Поскользнёшься на льду
в пошатнувшемся мире,
Устоишь, проклиная
надсадно безверье. . .
А порой только нужно
к болезненным дырам
Приложить да хотя бы
опавшие перья.