Сижу я в одиночке день-деньской,
Ничто не нарушает мой покой,
Нет скандалистов, нет и хулиганов,
Не обделён и стражников вниманьем.
Вся жизнь расписана буквально по минутам
Среди спартанского воистину уюта,
Где время я сверяю не по солнцу
В безмолвии, что нерушимо долго.
Где распорядка выверенная чёткость
Внушила безотчётно беззаботность.
Покой здесь не нарушит даже муха,
Он нерушим для сердца и для слуха.
И я сижу, внимаю тихо мыслям
И жду с достоинством последний, чёткий выстрел,
Отправит душу что надёжно в преисподнею
Продуктом, никуда уже не годным,
Хоть мне известен моратория вердикт,
Который по понятьям не гуманно дик.