Я услышал свой предсмертный хрип
И упал меж посечённых лип,
Ведь осколок, словно гильотина,
Полоснул по шее ощутимо.
Кровь забулькала из горла пузырями.
Я пытался шевелить устами,
Ведь дыхание моё перехватило
И конвульсия по телу прокатила.
Тщетно всё, душа моя меж лип
Унеслась, не слышать чтобы хрип,
Что ещё немного продолжался.
Видно, я за жизнь свою держался.
Смерть сильнее оказалась всё ж однако.
Замолчал я, в безнадёжности обмякнув,
Устремляя взгляд к вершинам лип,
Любопытствуя, каков же был калибр.
Будто это было для меня столь важно,
Кровь, чья пенилась, подобно крепкой бражке.