Моя тележка с малой кладью,
Куда сложила я не платья,
А несколько десятков книг,
Скрипела нудно, как старик
С глухою болью в пояснице.
- Всё это долго не продлится, -
Твердила я своей коляске,
Вложив в усталый голос ласку,
Как будто бы с конём беседу
Вела, таща, как непоседу
И обходя в пути воронки
С архитектоникой зловонной,
Пропахшей кровью, аммоналом
И даже человечьим калом.
Но верила ли я себе,
Своей растерзанной судьбе?
И будет точность ли в ответе
У тех, кто с вещью предан так беседе?