Чужими глазами , багровым нитками, вижу ошибку
Алмазными четками вспыхнула вера на нервах секунды
А город был добр со мною, ловил мне такси на улыбку
И долго смеялся мне в спину, оскаливши зубы.

Люблю его каменный профиль закованный в память
На вкус непреступный, но долгой привычкой родимый.
Над кем -то еще воздвигая и славу и камень
Смотрю на орнамент гюрзы, ускользающий с дымом.

От яда в запястьях, темно и пульсируют звуки.
Судьба на кровати с леньцою подлеет, Харам!
В последствии дней близнецов, полоскающих муки
Слепого в священных озерах земли обезьян.