У таханы мерказит* на Левински*
нищий оле* подаяния просит.
Щёки пунцовые, как две редиски.
Из-под фуражки немытая проседь.
Рядом бутылка дешёвенькой «Тройки».
Хлеб с колбасою соседствуют с кедом.
Взгляд, затуманенный после попойки.
Плечи укутаны порванным пледом.
Возле стены, от него отстранёно,
грустно стоит зачехлённая скрипка
и на владельца глядит отрешённо,
словно дитя, без упрёка и крика.

Без сожаления и осуждения,
По обывательски, буднично как-то
на результаты людского падения
здесь я смотрю, констатируя факты.

Т а м он, наверно, служил при оркестре.
Что-то играл, получая зарплату.
Не выделяясь в общем реестре,
был рядовым и обычным по штату.

Слабым и хилым инициатива
и смелость поступков всегда не присущи.
Так получилось, и в этом нет дива,
что потерялся в израильской гуще.
Дно Тель-Авива его засосало.
Пьянство явилось причиною краха.

От омерзенья, а не от страха
я не хотел бы такого финала.


* Тахана мерказит – центральная автобусная остановка
Левински – улица в Тель-Авиве
Оле – репатриант (иврит)