По тонкой скользивший кромке
Туда, где мерещился крах,
Отрок мгновения комкал
В разврате и кутежах.

В виденьях не зрил он Исуса
И с дьяволом в сговоре не был,
Потомок монголов и русов,
Сын православного неба.

И к истинам был недоверчив-
Их часто сжигали в нём,
Два встречных вселенских смерча
Заиндевелым огнём.

Но меченый тайной счастливых,
Однажды, рассеяв печаль,
Унёс он прозрения вывих
Любить поднебесную даль.

И сердце, что мнилось льдиною,
Оттаяв, согрело грудь,
И слился в громадность единую
С душой его Млечный путь.

А когда, опираясь на посох,
Шёл он прочь от строений железных,
Светилась в глазах раскосых
Звезд отражённая бездна.