Старый храм скрипит половицей,
Гулко хлопает ветхой дверью,
И вздыхает...ему не спится -
Как зимой голодному зверю.

Пыль на окнах - ослеп глазами,
Паутина в углах картиной.
За бумажными образами
Писк и шорох возни мышиной.

Он давно позабыт, заброшен:
Время медлит, перебирая
Четки длинные лет-горошин
У застывшей вечности края.

Но стряхнет долгих лет оковы
Раз в году, когда осень в силе
И на кладбище прицерковном
Листьям желтым тлеть на могиле.

В час вечерний при лунном свете
Храм раскроет свой рот беззубый
И протяжно завоет ветер,
Как орган, в печных его трубах.

Созывает гостей на праздник,
Нарядился в тыковки-свечи.
Ждет гостей он, стоит и дразнит:
"Наступил Хелловина вечер...".