В этом городе дождь начинает всегда издалёка.
И не сразу поймёшь эту сырость - дослужится ли до дождя?
Но осмысленно всё - каждой капли пленительна подоплёка.
Эта женщина так незнакома. Существует, меня не щадя.

Поднимаешь глаза, ловишь взгляд - ощущаешь волнение крови.
Что ещё там такое? Какой ещё мерзкий фермент
поступает мне в кровь, ищет в жилах моих себе крова
и проводит со мной этот школой замученный эксперимент?

Но прислушаюсь внутрь. Да, условия лабораторны.
И история этой болезни строчится, не глядя больному в глаза.
Переохлаждение одиночеством. Это бесспорно.
Против? Нет. Поднимаются руки - за.

Вот и в этот раз дождь перед тем как прогнать всех, кто за и кто против,
перемыл мне все косточки, так что сыро внутри до сих пор.
Но зато появилось опять ощущение плоти.
Что же, надо идти продолжать разговор.

1984