Ночь расплескала синие чернила По белоснежному холсту полей; Метель позёмкой тропинки заносила, И мир казался строже и белей.
В окне узор оставил Дед Мороз, Как кружева невиданной красы; И в тишине, будто под нос, Тикают настенные часы…
Есть в этой ночи тайна и покой, И хрупкость сна, и мыслей глубина; Когда ты с миром дышишь, как живой, И за окном – лишь холод и Луна…
Стеклянный воздух. Звёздная метель. Сугробы-великаны у ворот; Зима свою устроила постель, И мир под белым одеялом ждёт…
Фонарь, как страж, роняет жёлтый свет На бархат снега, на ледяную мглу… И кажется, что звуков в мире нет – Лишь сердце бьётся, прислоняясь к стеклу…
Безмолвие. Луна. Алмазный снег… Деревья в инее, как в хрустале; Природа замерла на век… И тени длинные скользят по земле.
Морозный воздух чист, и дышится легко, Скрипит под валенком упругий белый наст… А небо бархатом раскинулось так широко, И россыпь звёздная свой свет ему отдаст…
В домах уютных гаснут огоньки, Лишь дым из труб струится в вышину… И кажется, что все миры близки, Когда глядишь на эту тишину!
|