Дух, кряхтя, спустился в преисподню
просто так без цели и затей.
Ад был темный, грязный и холодный,
Бог молиться заставлял чертей.
Сковородки красные не грели,
покраснели видно от стыда.
Смерть в котле бурлила еле-еле,
жизнь сбежала раз и навсегда.
Круг седьмой грехами перегружен,
сластолюбцы выстроились в ряд.
Дев невинных кушали на ужин,
а теперь лишь мальчиков едят.
Круг шестой - угодники не чреву,
есть слова и пузо и живот.
И никто не возжелал бы Еву,
если б та не закрывала рот.
В круге пятом щедрый расточитель,
ну, а жадным должен быть скупец.
Не согласны? Лучше отмолчитесь.
Был скупым и рыцарь, наконец.
В круг четвёртый жизнь вползла лениво,
но кровать не может в нём найти,
нет в аптечке там презервативов,
значит нету к телу там пути.
Сверху крик, истерика и ругань,
стороной круг третий обойдём.
Чёрт дрожит смертельно перепуган, -
по стеклу трут ангелы гвоздём.
В круг второй приходит злопыхатель,
критикует всё, что не его, -
Гад Адам, кто Еву обрюхатил.
Знал бы он, - я тоже кой-кого.. .
Если б не было пути иного,
то легко попал бы в первый круг.
Я горжусь, что знаю дам немного.
Круг седьмой - путь радости и мук!
|
