Вихри в сумрачном осеннем
Небе сходятся кругами,
Парусина брызги сеет,
Море дыбится волнами.
От натуги стонут снасти,
Даль угрюмая рокочет,
Борт повис над злобной пастью
Бездны, рвущейся на клочья
С первобытной мрачной силой.
Словно об пустую сцену,
Бездна бьётся конвульсивно,
Изо рта пускает пену.
Где ты, синяя Калькутта?!
Для чего сквозь мрак калечный
В этом хаосе к кому-то
Тянет пальцы злая вечность?
Там, в закатной дельте Ганга
Шьяма Пуджа, тёплый мрамор,
Поднимаются джамганы
По ступеням белых храмов.
Калигхат гудит, как улей
Всю неделю, но едва ли
В нём сильней, чем в этой буре,
Ощутима поступь Кали.
Сумрак воем переполнен,
И хотелось бы поверить,
Но всё злее хлещут волны,
И как сон далёкий берег.
Безысходность. И жестоко
Видеть сердцем в далях мглистых
Огоньки горячих окон,
Створы улиц серебристых
В лунных нитях... Только треплет
И разбрасывает темень,
Свирепея, лютый ветер,
И вздыхает где-то в небе.
|
