Квантовая запутанность

БАЛЬЗАМИН

Ходит по комнате тишина,
двигает стулья, я не перечу,
от разговоров в себя ушла
в неромантический вечер.
Пересадила большой бальзамин,
перелистала альбомы,
полюбовалась, как кот мой спит,
тихо вздохнула – дома.
Мне ни к чему суетной Арбат,
выхолощенный безликий,
дух его умер лет десять назад,
неуловимо тихо.
Я заварю вместо кофе чай
с памятью – по-московски,
лампа настольная, не свеча,
книга, рассвет, Гиляровский.

БАНДЕРИЛЬЯ

Он не приходит, она не ждёт –
честно как бандерилья,
долго не тает в бокале лёд,
ноют фантомные крылья.
«Он» и «она» – это мы с тобой –
гордость, предубеждение,
в нашей программе
системный сбой,
вспышка и всесожжение.
У беззаконниц ночных столиц
небо в разводах млечных,
смело взлетают стрижи с ресниц,
в небо гляжу, не встреченный.


АРХИТЕКТУРНОЕ

Думает, мало ли синих птиц,
переживать не стоит,
мало ли, где она там гнездится,
что из себя там строит.
На подоконник легло перо,
впору писать сонеты,
только подумаешь, зло берёт,
рифмы, а чувства нет, и,
он её тоже не ждёт почти,
занят работой срочной,
очередной небоскрёб начертив,
курит и курит в форточку.