В мягком свете серебристом да игривом
Ты смотрелась восхитительно и дивно.
Блики лунные плясали на грудях
В ритме чувственном, как будто впопыхах,
Хоть с тобой мы никуда не торопились
И поэтому телами тесно слились,
Задавая темп свечению Селены,
Подчиняя, кажется, нескромно и вселенную.
Хоть, естественно, всё было всё ж не так
В нашей комнате, где мы вершили кавардак:
Мяли простыни нещадно и безбожно,
Доведя и тени на стене до дрожи,
До конвульсии, до полного экстаза,
Бормоча благообразную бессвязность,
Смысл которой непонятен был и нам,
Хоть никто не думал про обман.
Честность серебрилась да искрилась
И с насмешкою над нами не глумилась.
|
