А я счастливая, счастливая! –
пусть в онеменье молчаливая,
с непопадающими рифмами,
с дождя во мне тугими ритмами.
Себе самой порой нечаянна,
с необоримыми печалями,
с улыбкой встречному подаренной,
за башмаки его непарные,
за облака над полем маковым,
за то, что в чём-то одинаковы,
за нашу разницу и розницу,
за то, что встретился мне осенью.
Предлоги за и предложение,
осенних листьев всесожжение.
А я нагадано-нежданная,
как стая галок над баштанами,
подарок в зиму – мандариновый
и расставанье под рябиною.
Среди зимы внезапно – оттепель,
ангинные антибиотики,
и все мои смешные котики…
Зачем Вы, милый, рядом ходите?
Штормами путь мой крепко высолен,
а Вы и штили как-то вызнали…
Мы шли друг к другу долго издали
и были смыслом и бессмыслицей,
и вот, когда мне жизнь исчислится,
с размаху навзничь опрокинется,
Вам за меня ольха откликнется,
серёжками, дождями-каплями
над распахнувшимися хлябями,
над городской застройкой карточной,
мостом над Мойкой синим – арочным.
Шуршу бумагою подарочной –
а вот и настроенье в баночках,
из лета с грушами и дождиком,
заботливой рукой уложено.
Вы знаете, конечно, знаете,
качается вселенский маятник,
тик-таками такими мерными,
как мы, совсем немного нервными.
А хватит нам теперь доверия,
чтобы открыть друг-другу двери, и,
сказать – счастливый я, счастливая?
Пеку в октябрь пирог со сливами…
А я и думаю – с ошибками,
молчу аквариумной рыбкою,
рысёнком диким в строчках рыкаю,
Вы, кажется, ко мне привыкли, но,
съедают рыб ещё икринками,
Маришками, а не Маринами.
А Вы зачем вокруг да около,
Вы – дождь, что сделал листья мокрыми?
