Я удивлялся, как твоя сорочка
Волнами света разукрашивает ночку.
Ни рюшек, ни воланов – лёгкий флёр.
Впитал легко он от луны задор,
Где абрис бёдер так легко заметен,
Хотя и не страдает добродетель.
Всё чинно да изящно благородно,
Где и сосок лукавым самородком
Не вызывающе искусно привлекает,
На вкус хороший беззаботно намекает.
Лобок и тот смотрелся, как возвышенный изыск,
Как изумительный, прелестный аметист.
И рассерчал я, что же так глазею,
Ведь мы с тобой не ходим по музею,
Лежим в квартире, в тишине благой,
Где томный флёр нарушил весь покой.
Не лучше ль вид принять нам первозданный,
Который всё же более желанный
И флёра тонкого, и бликов полутени
Своею мягкостью податливого тела.
|
