Баллада о Сигизмунде Августе и Барбаре Радзивилл

1.
Ты знаешь, я пишу из старой Польши,
Сотку тебе ажурное письмо
Из пышности, воздушности…чуть больше,
Из тонких ощущений, вот оно:
Накинув лёгкий шлейф зари вечерней,
Брожу по древним замкам не одна.
Со мной зеркальных привидений тени,
Мерцающие свечи… тишина…
Прозрачен бред холодных коридоров,
Презрителен слегка портретов взгляд…
Мерещится, что бальных платьев ворох
Вдруг обернётся в нищенский наряд.
А в воздухе витают ароматы
Из сладких сказок - штрудель с миндалём…
И маффины… и лайм со льдом и мятой,
Ваниль и шоколад, и терпкий ром…
2.
Толпа зевак усердно расступалась,
Король шёл устремлённо через зал…
Она стояла, просто улыбалась,
И кто, Господь, наверно, указал
На эту златовласую головку,
На карие блестящие глаза,
На юбки шёлк, сидящей очень ловко,
На хрупкость диадемы в волосах…
И вспыхнула любовь, любовь такая,
Какую скрыть обоим мудрено…
Всё явное рождается из тайны,
Всё тайное - игристое вино…
И выстрелит тогда, когда дано.
О, Барбара, и Август Сигизмунд-
О вас ветра баллады нам поют…

3.Построил Август в замке тайный ход,
И всякий вечер, как луна взойдёт,
Любимая ждала его в саду,
Там, где беседка нежная в цвету,
Средь виноградных матовых террас,
Предохранявших от ненужных глаз...
Ах, как она ему была близка,
Кораллами румянилась щека,
Сияли очи, словно блеск агата,
В густых ресницах отражая злато,
А губы - лепестки из роз, коралл...
Волшебный мёд из уст в уста стекал,
И вовсе были не нужны слова,
От близости кружилась голова.
4.
Бывает так, поверьте мне, раз в жизни,
Когда все знаки совпадут, тогда,
Не думаешь о будущем, о тризне,
Когда в сердцах стучит бессвязно «да».
Непросто королю далось решенье
На тайный брак с возлюбленной своей,
Но, что любви запреты, дозволенья?
Подстёгивает это лишь сильней.
Сердца влюблённых страстность разжигала,
А, истина на пятки наступала.
5.
В великом королевстве траур, боль…
Скончался старый Сигизмунд король.
Все прочат молодому трон и брак,
И не хотят поверить…как же так?
Он венчан, и совсем без дозволенья,
Без материнского благословленья?
Разгневанная королева-мать
Пытается на сына повлиять…
Но, непреклонен молодой король,
И королева, поглощая боль,
Смиряясь, выбор сына приняла,
И Барбара за мужем вслед взошла
Красавицей-женой на Польский трон…
Казалось… счастье – вот! Печали - вон…
Что впереди лишь радостная жизнь.
Но жизнь пришла несладкая… держись…
6.
Прошёл лишь месяц, пронеслась молва,
Что молодая пани чуть жива,
Недвижимо лежит, не ест, не пьёт,
И, вероятнее всего, умрёт...
Что порчу кто-то подослал умело,
В сплошную язву превратилось тело.
Созвали лучших знахарей, но поздно,
Болезнь была запущена серьёзно…
Прошёл лишь год, о, Господи, как мало,
И королевы Барбары не стало.
7.
Осеребрились короля виски.
Сойдя с ума от горя и тоски.
Безумный Август, проклиная мать,
Желает призрак Барбары позвать,
Чтоб повидать её в последний раз...
А для любви и дьявол не указ.
Был совершён немыслимый обряд,
Ворота отворились в рай, иль ад,
Благодаря алхимику, и вот,
Дух Барбары по лестницам идёт.
Шуршит всё ближе светлый кринолин.
Король в слезах, вновь "Бася" перед ним.
Как раньше, хороша и весела,
Как будто бы совсем не умерла.
Как будто лишь спала на небесах,
Опять её душа в его руках...

Она остаться с милым пожелала,
И больше райский сад не улетала.
Все ночи проводила с Сигизмундом,
И растворялась в пышных залах утром.
8.
Король хранил ей верности обет,
С тех пор прошло немало сотен лет…
И, до сих пор, бессонными ночами,
Когда ветра срываются печально,
По парковым дорожкам под луною
В обнимку тихо-тихо бродят двое…
И звёзды провожают их лучами,
Мелодия кружится над волнами,
Струится пылкой нежности мотив,
Между собой века объединив.

В 1548 году Сигизмунд Август, унаследовав после смерти Сигизмунда Старого польский трон, официально объявил о своей женитьбе и потребовал признать Барбару Радзивилл польской королевой. Этому ожесточенно сопротивлялась мать короля Бона Сфорца и польские вельможи, опасавшиеся засилья Радзивиллов — сторонников полной независимости Литвы от Польши. Лишь 7 мая 1550 году в Кракове Барбара была коронована, но вскоре заболела и 8 мая 1551 году скончалась. Выдвигались гипотезы о том, что она была отравлена Боной.