В оковах быта

экспромт

Коли что разбазаривать ныне, то что-нибудь лишнее –
страшным мотом донельзя душе опостылевший дом,
где по лестнице дней поднимался всё выше, и выше я,
где, спускаясь, радел увлечённо за новый подъём,

ибо замкнутый круг, завершившись квадратными окнами,
остаётся собою досель, то во мне ты едва ль
миролюбием снизишь до нормы сердечное ёканье,
даже если отправишься с узником посуху вдаль.

Ничего не дано изменить мягкотелому пахарю,
потому ли пахать и пыхтеть, и просеивать рис
допоздна он горазд – чтоб разжиться когда-нибудь драхмами,
чтоб устроил Харон для него кругосветный круиз?

Мы полжизни за так, дорогая, в плену проворонили:
ты спасала упрямо меня, я стремился во тьму,
что пора уходить от довольно зловещей иронии,
но, поспешно сжигая мосты, не сгореть самому.