Коньячные струи, ручьи лимонада
Иссякли. Протёрся последний гандон.
Сто лет ожидаем какого-то гада.
Не гада, а как бишь его там? Годо!
Придёт он и сразу окончится мука.
Приедет с печеньем большой самосвал.
Но он не приходит, такая–то сука.
Я б ноги за это ему обломал.
Растут и ссыхаются рощи акаций.
Где кладбище было теперь особняк.
Что если Годо нас заставит меняться?
Тогда, да пошёл он. Неплохо и так.
Куда ни посмотришь – везде – лепрозорий,
А в будущем – хоспис – не встанет никто.
С тобою, с собою, с другими мы в ссоре.
Прости нас, прости нас, прости нас Годо!
|
