Удивительная история, случившаяся со мной

Я - потомственный холоп,
Просто русский землероб,
Вздумал ставить богу свечку
От семейственных хвороб.

И пришёл молиться в храм
Не иконам-куполам,
А решил общаться с богом,
Что доступен должен нам.

Сторож мне: - А храм закрыт,
Главный поп пока что спит.
Не откроет дверь до срока -
Лишь с восьми заверещит.

Делать нечего – он прав,
Отдохнуть должон анклав.
Вот с восьми начнётся служба –
Встрепенётся златоглав.

Вот и восемь – в храме звон,
Благовест и перезвон.
Я приблизился к молельне,
Чтобы виден был амвон

В храм зашёл – там толчея,
В основном из старичья.
Подскочила вдруг бабёнка,
С укоризной вопия:

- Держишь руки ты не так,
И молиться не мастак,
И одет не по обряду –
Где ты взял такой спинжак?

- Лоб крестом свой не окстил,
В кружку мзду не положил,
И не с той ноги, падлюка,
В храм намоленный вступил.

Я с обиды оробел,
Вышел и на лавку сел.
Вдруг негромкий слышу голос:
- Что, сын мой, так погрустнел?

Поднял голову – Христос,
Босоног, простоволос.
- Не пустили в храм молиться? -
Задаёт он мне вопрос.

- Господь, в храм к тебе пришёл
И обиженный ушёл,
Ведь не тот для богадельни
Я с утра я надел камзол.

- И погнали меня прочь.
Боже, как же мне невмочь!
Иисус мне: - Постарайся
Гнев свой правый превозмочь.

- И не плачь, моё дитя –
С храма гонят и меня,
Прям с порога, прямо в шею,
Моё дело оскверня.

- Как же, господи, мне быть,
Как обиду мне забыть?
Где искать теперь защиты,
Как от гнева мне остыть?

Отвечает мне Господь:
- Успокой свою, ты, плоть,
Не нужна с тобой нам церковь,
До анафемы, хоть, вплоть.

- Церковь - это атрибут.
Там без мзды тебя распнут.
Ты молись мне, где захочешь,
Есть на всё мой – божий суд.