Забои пахнут взрывчаткой,
старая крепь – лебедой.
Слеза, что смахнёшь украдкой,
часто пахнет бедой,
раны которой не лечит
времени быстрый бег.
И вот зажигаем свечи,
мы – горстка бывших коллег,
кто в семьдесят пятом живы,
по тем, кого с нами нет.
Как струны натянуты жилы.
На всех неизбывности след
Нынче в День поминовения,
в солнечный майский день
мы вспоминаем мгновения,
друзей превративших в тень.
Делает водка дело –
напряг отпускает нас.
И вот уж слеза заблестела
и покатилась из глаз.
Суровые, вроде, мужчины,
прошедшие шахтный ад,
рыдаем мы не без причины,
оглядываясь назад.
И пьём, чтобы меньше было
ненужных людских потерь.
…Годы прошли и, уныло
итожа былое, теперь
среди живых я не вижу
шахтных моих коллег.
Один я из всех, как выжиг,
дожил до нынешних лет.
Дни пролетают мимо,
я остаюсь без ответа:
всё-таки необъяснимо –
за что мне награда эта?
|
