Цыгане

Плыл по небу месяц одиноко,
Мне в степи дорогу освещал,
Табор я с цыганкой черноокой,
По пути случайно повстречал.

Под гортанно-струнные напевы,
Как она плясала у костра,
Я, любуясь черноокой девой,
У костра забылся до утра.

Утром табор тронулся неспешно,
В дальний путь цыганку увозя,
Встретив чудный взгляд, безумно-грешный,
Понял я, - забыть ее нельзя.

До конца я вывернул карманы,
Все, что было, за нее отдал,
А ее отец твердил мне, - мало,
И грозил кнутом, чтобы отстал.

На коленях вымолив цыганку,
Думал повернуть в обратный путь,
Но цыган затеял перебранку, -
Или с нами, или … все забудь.

Я в кибитку сел с цыганкой гордой,
Бросив дом и старенькую мать,
На гитаре выучил аккорды,
Научился петь и танцевать.

Господа, подайте медный грошик,
Я вам и станцую, и спою.
Господа, поверьте, я хороший,
Я и сам, бывает, подаю.

Только мне по нраву жизнь цыгана,
У костра с гитарою стою,
Спев вам, по-цыгански, без обмана,
Жизнь всю непутевую свою.

Плыл по небу месяц одиноко,
Нам в степи дорогу освещал,
В таборе, с цыганкой черноокой,
Я по белу свету кочевал.