***
Толпа ощерилась стоглаво,
Как кнут в замахе ездока,
Тысячеруко и кроваво,
С упрямством дикого быка.
Бесовской силою змеится,
Бурлит в чахоточном бреду,
Неразличимы стали лица,
Как маски дьяволов в аду.
Вот, взвизгнув, щелкнул кнут, как выстрел,
Влет перекашивая рты,
Толпа атаковала быстро,
И пал на мостовую ты,
Окрасив живо лед брусчатки
В кроваво-серый натюрморт,
В гротескно-глупом беспорядке,
Средь распаленных чьих-то морд.
Но вдруг, не выдержав накала,
Бесовская порвалась нить.
И пена ярости вдруг спала,
Но что теперь им изменить?
Стоят. В растерянности лица.
Переживают свой позор.
Вот кто-то стал тайком креститься,
Потупив в землю кроткий взор…
17.07.09
|
