Жеребец и кобыла играли
Ясным днем посредине села
На глазах расфуфыренной крали
Разодетой … почти догола.
Жеребец был настойчив и молод,
И кобыла была молодой,
А копыто в игре – это молот,
Грудь была наковальней литой.
Их не мучили страсти-мордасти,
А учили, пройдя стороной,
Испугавшись ее белой масти,
Испугавшись его вороной.
Стройной крале топорщили шорты
Распростертые бедра ее.
Для кого же они распростерты?
Утолят нетерпение чье?
Яркой крале топорщили майку
Нестесняющиеся соски.
Для кого грудь журчит, угадай-ка?
Где исток у молочной реки?
Полуголое гибкое тело -
Для души словно громоотвод -
С любопытством украдкой глядело
Жеребцу под могучий живот.