Поднимаю тяжелые веки,
А вокруг лишь одна темнота.
И оплаканным быть мне некем,
Ведь давно я совсем сирота.

Как смотрю пред собой – ничего,
Здесь на дне лишь одна пустота.
И нет света столь так глубоко,
Воля к жизни моя отнята.

Как-то так я сидел и ждал,
Но устал от такого безделья.
Робко на ноги слабые встал
И пошел спотыкаясь бесцельно.

С каждым шагом и с каждым движением
Ощущал в себе силы идти.
И, возможно, нашел я спасение —
Нет здесь больше бессмысленности.

А ведь всё оказалось так просто,
Понял я это, только идя,
Видно правым был тот философ:
"И на небе присутствует тьма".