Не зову тебя молитвой тонких рук
и по журавлиному не плачу,
собираю яблоки на даче,
ну, не пропадать же так добру.
Растрепались локоны и ладно,
лето бабье - тома и покой,
всё ещё цветёт кошачья мята,
и за ней приходит чей-то кот.
Рыжее и наглое, к тому же,
по-хозяйски, что ли я не царь? -
и не прочь попробовать мой ужин
и разлечься посреди крыльца.
Ты не в тридевятом королевстве,
где-то, где тебя со мною нет,
падает в ротанговое кресло
переспелой мудростью ранет.