Наша лодка плыла в час ненастный по бурной реке.
Вся скрипела родная и воду черпала бортом.
Всяк был зол в ней и хмур словно туча и лишь вдалеке,
За сосну зацепилась Луна на обрыве крутом.

Припев:

А я крикну тебе: "Мать Россия моя...
Поскорей обогрей, ты своих журавлят!
Дай вернуться им вновь, в их родные поля.
Посмотри как давно, наши души болят!"

Чёрной птицей на нас с высоты налетела вдруг ночь.
Кто-то сукой голодной завыл, помянув всех богов.
Только нам, понимали мы все, ни кому не помочь.
Не пристать, сколько ты не греби, у крутых берегов.

Припев:

А я крикну тебе: "Мать Россия моя...
Поскорей обогрей, ты своих журавлят!
Дай вернуться им вновь, в их родные поля.
Посмотри как давно, наши души болят!"

Вечный спор поднялся - кто главнее, как правильней плыть?
Кто-то воду стал черпать, а кто-то виновных искать.
Каждый бросил весло, чтобы враз дураком не прослыть.
Нам друг-дружку по скулам лупить мудрено ль привыкать?!

Припев:

А я крикну тебе: "Мать Россия моя...
Поскорей обогрей, ты своих журавлят!
Дай вернуться им вновь, в их родные поля.
Посмотри как давно, наши души болят!"

Понесло нашу лодку на камни. Спаси-сохрани!
Не дай в драке сойтись! Не дай чёрту швырнуть себя в пасть!
Возгорят в наших душах любви материнской огни,
Чтобы в волнах бурлящих нам всем заодно не пропасть!

Припев:

А я крикну тебе: "Мать Россия моя...
Поскорей обогрей, ты своих журавлят!
Дай вернуться им вновь, в их родные поля.
Посмотри как давно, наши души болят!"