* * *

Ты вопрошаешь Небеса: "По что?! Зачем так есть,
Что чужда подлости нужда и вечно нага честь?!"
Зачем? То ведает палач. ...Святая простота!
Ужель взойдёт на плаху честь, когда она сыта.

* * *

Познаний сладкий плод без страха мы вкусим,
Не ведая что зло плодом нас дарит сим.
А что добро?! В чём суть его отеческих забот?
Коль целый мир тебе дают, возьмёшь ли горький плод?!

* * *

Ты - всего лишь песчинка в хороводе небесных светил!
Разум твой сам Творец для деяний благих освятил.
Мог ли знать Он, что дар его нынче бедой обернётся?!
Уж того, кто придёт в свой черёд за тобой, перст его благодатью своей не коснётся.

* * *

Страшнее смерти нет - мы слышим утвержденье.
Превыше всех невзгод могилы дуновенье.
И разве нынче тот, кто жизни рукоплещет,
Поймёт того чья плоть пред ликом тьмы трепещет?!

* * *

Эта жизнь, ты говоришь, так тебе дорога, как глоток родниковой воды в жаркий день.
Сколько б не пил её, услаждая томимую жаждою плоть, - сей божественный дар пить не лень.
Пей мой друг. Ведь ты знаешь и сам, что к живительной влаге припал лишь до срока,
На один только миг, самый краткий из всех,
здесь коснувшись губами истока.

* * *

Земля уж спит. В глазницах неба пусто.
Ужели вновь печальный ангел прилетит,
Сказать что ночь вселенского Прокруста
И нынче Мир на жизнь укоротит.

* * *

Пламя души, что в пылающем сердце сокрыто, ты говоришь мне, ведь может обжечь!
Смог ли кто-нибудь в жизни хоть раз из огня,
что сжигает нас, пользу извлечь?!
Что ж...можно и пользу. Видишь то сердце, что льда холодней, чью печаль до конца не испить?
Сможет сердце лишь то, что пылает огнём, лёд его, не познавший доселе любви, растопить.