Сбился мир набекрень и грозит поворотом оси,
на потоп и пустыню разорвано «было» и «будет»
у людей непогода, кого о душе ни спроси,
и – такое себе, не к сезону опять, время года.
Харассментом дождя задрожат подоконники снов,
в водостоки обрушив накопленный ливнями опыт,
по домам уберётся чужой надоедливый топот,
и закроет мне выход сомнений надёжный засов.
Остаётся лететь – от себя, но не помню и взмаха,
остро пахнет прохладой июльская быстрая ночь,
темнота пробирается к дому сквозь лип анфиладу,
и неслышно почти начинается медленный дождь.
Под шуршание капель легко замечтаться о встрече,
под твои миражи, завершая недолгий роман,
туч воздушные замки обрушат, играя, грома,
и усну, вспоминая тебя в этот ласковый вечер.
Ты и я, и стихи на заре сумасшедшего лета...
- Не смотри миражи, – посоветуют мудро друзья.
Растворяюсь в тумане, и вместе со мною нельзя,
наступает коллапс, умирают слова и сюжеты.
С дохлой рыбы надежды ползёт чешуя позолотой,
я с людьми наблюдала подобное, было – и нет,
потому, запечатаю лист без ответов в конверт,
положу между книг, не отдав его Аэрофлоту.
Из доверия вышел, лагает, не любит котов
и бросает собак, потому как они – «контрабанда»,
этот мир неустойчив, и в этом слоны виноваты,
и киты с черепахой, нарушив основы основ.
За спасибо пою. За монетки в ладони – мерси!
Удивительный зритель, я тоже смотрю удивлённо,
мир на нет одряхлел, но кафтан его ярко зелёный,
прорастает трава сквозь асфальт, никого не спросив


20.07.20.