Я много лет шёл к горизонту вдоль Серой Стены. Мне сказали, что там, у линии горизонта, Стена закончится, а дальше будет Рай. Я брёл вдоль Серой Стены и, вдруг, увидел в ней дверь. Тогда я понял, что должен войти в эту дверь, потому что Серая Стена длится бесконечно. А я так устал всматриваться в горизонт. Я искал замочную скважину, чтобы подсмотреть – что там, за Серой Стеной? Быть может, и там Рай? Замочной скважины не было. Я искал дверную ручку, чтобы открыть эту дверь, но это было бы слишком просто. Ведь, так в Рай не попадают, правда? Тогда я вцепился в дверь руками, вгрызся в неё зубами. После долгих усилий я, наконец, выплёвывая крошащиеся зубы и срывая ногти, немного отогнул нижний угол этой двери. Встав на четвереньки, с трудом, изодрав на себе одежду, с хрипом в груди, я протиснулся в образовавшуюся щель. Задыхаясь и покачиваясь на дрожащих от слабости ногах, я поднялся с земли, и увидел … горизонт. И вела к нему Серая Стена, вдоль которой я шёл много лет. Вдоль Серой Стены я шёл к горизонту, за которым – Рай.
03.1989
Ольга Мищенкова
По слезам и пороше Я долго иду мимо Серой Стены – к горизонту… Изношены в клочья на мне вековые одежды… С трудом открываю свинцово-усталые вежды, С трудом – шаг за шагом – пытаюсь его видеть контур – не Рая (уж Бог с ним!) – подобия Рая, возможно – его иллюзорности – в дымке сиреневой флёра… Он где-нибудь есть, за изношенным старым забором, Я знаю – наверное… Чувствую содранной кожей.. Какая-то дверь… Мне туда? Я лучом проникаю, всей сутью своей постигаю, что ум не постигнет… На мгновенье какое-то я обо всём забываю И долго так жду – может, кто меня в Рае окликнет? Следы и шаги за спиной– эхом пройденной жизни – И в поисках рая увиделось – Рай – в моём прошлом... И снова иду вдоль Стены – по слезам и пороше… И прошлого райские кущи пытаюсь постигнуть.
