во тьме богов посеребренно-медных,
чей норов крут и ярость горяча,
мой бог, твои покровы незаметны:
нежней травы, прозрачнее ручья.

ты в пляс под дудку не пускаешь горы,
не чтишь тиар и не блюдешь закон.
ты слишком бог -- свободней ветра в море,
и потому не входишь в пантеон.

но если нужно поспешить к больному,
когда бессильны ваши тьмы и тьмы,
приходишь Ты (шаги подобны грому!),
-- мой бог жив там, где прочие мертвы.