ОБЩЕЛИТ.РУ СТИХИ
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение.
Поиск    автора |   текст
Авторы Все стихи Отзывы на стихи ЛитФорум Аудиокниги Конкурсы поэзии Моя страница Помощь О сайте поэзии
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль
 
Литературные анонсы:
Реклама на сайте поэзии:

Регистрация на сайте


Яндекс.Метрика

Письма с Летучего (разные стихи, много)

Автор:
Жанр:



"Однажды все самые отвратительные и кровавые истории прошлого застынут, как муха в янтаре, красивым мифом. То, что когда-то жгло, мучило и истирало кости в прах, обратится гербарием полустертых, обрамленных золотом воспоминаний. Теперь мифом может пользоваться кто угодно, как мечом Зигфрида, но все-таки он живет по собственным законам, не соприкасающимся с нашей обыденной повседневностью...
Обаяние окончательности времен, когда деревья были большими и люди большими, которые больше не повторятся. Хотя вряд ли они были когда-то такими на самом деле, но это же миф..." /из одной статьи/


***
Европа

Когда зеленоглазые карийцы
Сменяют стражу, выставив щиты, -
Заката тень по золоту струится,
Дрожат на шлемах конские хвосты, -

Европа, финикийская царевна,
О чем - то жарко спорит у ворот,
И речь её прерывисто-напевна,
Уста сладки, как пьяный дикий мёд...

2002

***
Шумеры

Стекает в кубок золотой
По краю
Густой таинственный настой...
Я знаю,
Невдалеке уже сквозит
Та яма,
Где потеряла лазурит
Инанна…
И амулеты с плеч моих
Слетели -
Стекляшки рыб, в шнурах витых
Газели...
На дне Пылающих Озёр -
Ни капли,
И смерть излечивает всё,
Не так ли?

Но слишком много стало вдруг
Той смерти,
Как будто мир сразил недуг
Столетний...
Сперва война, потом чума,
А рядом -
Печать великого ума
Ждёт с ядом...

Но как кратка она, назад
Дорога,
Что значит рай, что значит ад
Без бога –
Нам не оставили ответ
Атланты,
И только бронзовый стилет –
Часть правды.

...Гасить последние огни
Не смейте.
Пускай играет Баллани
На флейте.

Эй, Баллани, а он не трус,
Твой воин,
И царских губ запомнить вкус
Достоин...

2001

***
Письма с "Летучего..."

Когда с "Летучего Голландца"
Сквозь рокот волн донёсся крик,
Стряхнув коктейль Клико и транса,
К трубе подзорной я приник.
Корабль в убранстве обветшалом
Шёл без ветрил и без руля,
Как крест в закатном небе алом,
Хозяин шхуны ждал меня.

- Хелло! - На ломаном английском:
- Гуд ивнин, сэр, плиз - тейк ту порт, -
И связка ветхих желтых писем
Перелетела через борт.
Такие письма-привиденья
Обычай – к мачте прибивать.
Но я томился от безделья
И поневоле стал читать...
*
Смотрели алчность и коварство,
Безгрешный пыл и жизни дно
С безумной верой в постоянство
Сквозь соль глубин морских...
Одно,
Письмо фантома-Капитана
Вдруг проступило предо мной,
Как иероглифы тумана
На рейде гавани иной...
*
Знай: одиночество – лишь слово...
Ведь ты со мной, моя звезда,
И Богом, чёртом ли – я скован
С тобой душою навсегда…
*
Чужие письма не читают,
И срок им бросить якоря,
Но никуда не отпускают
Меня Саргассовы моря...

Найти хозяина – ни шанса...
Так и скитаюсь с ними, что ж...
И на Летучего Голландца
Я сам, наверно, стал похож...

Стихотворение написано после гибели"Курска"
под впечатлением письма лейтенанта Колесникова
супруге


2000-2001 гг.

***
And captive good attending Captain ill.
*
Избави Бог от муки крестной,
Судить, с другими заодно.
Да не преткнётся шаг над бездной
О нож иль тёмное вино,

Дай промолчать, легко и тупо,
И не вступать в бесплодный спор,
Когда в пророках ходит глупость,
И возвышается позор,

Цена достоинств - подаянье,
Дана пороку власть - грешить -
Обречено ж на вымиранье
Лишь то, чему и должно жить,

И где душа - пустыня Зверя...

Последним... смертным, - обескровь
Уста, - в обьятьях суховея -
Смиренье с посохом, Любовь.
*
Но ложь не ляжет с правдой рядом
Под градом адова свинца.
И есть бесчестию награда:
Презренно имя подлеца.

***
Нефр-эт

Под этим небом,
Распахнутым словно крылья коршуна,
Под звёздами, сосущими молоко ночи,
Под огненным шаром солнца,
Обжигающего лапы скарабея,
Лежащая на чёрной земле Та-Кемета,
Идущая среди мёртвых,
Осыпающих меня ударами и проклятиями,
В храме Хатхор,
Опьяневшей от красного пива –
В этой бойне, которой не видно конца,
В храме Баст, среди забальзамированных кошек
С изумрудными искрами глаз,
Что светят как око Уаджет,

В день,
Когда с севера прилетели ласточки –

Всем вам, возвращающие к жизни,
Всем вам, наполняющие теплом,
Всем вам, развязывающие дыхание,

Я называю имя любимого: о воскресни...

2003

***
Раковина Рамсеса

Я подберу застывший звук
На древнем берегу,
И тихий-тихий шёпот губ
Мой слух уловит вдруг:

Уаг ренпи, унут перет.
Ашер. Тамит неджем,
Ет - хат семи! Шери кеткет -
Джет, джаа, бин неджен.
Уаг мес. Хами, аш, перет.
Мефкат кит. Меседсу
Шему сехет…Кебен ахет,
Нечер, Игду Инбу...

Уаг ренпи. Сиа нахт ка.
Хенерет неджем ха.

*перевод

Вечер Нового года.
Запах кухни.
Сладко кошке – впереди сливки!
Маленький пёс, сказала,
Палкой, негодный, получишь.
Вечер Нового, рожденного года.
Вино Рыболовной Топи.
Поле ждёт влаги,
О Бог – строитель стен..

2003

***
К Светонию

Вот ты пишешь, Светоний:
В тот год император Тиберий
Взял когортами Рим, опасаясь волны беззаконий
От падения нравов и взлёта чужих суеверий,-
Мне досадно, что ты умолчал о дальнейшем, Светоний!

Он рассорился с магами. Те надоели пророчить
Всюду смерть, разделение царства и смену владыки.
Он актёров изгнал; те посмели играть, между прочим,-
Средь бесчисленных казней - распятья и крестные лики...

Преступлением стала любовь, и ошибкой – свобода...

Я услышу в ответ:
Что ты знаешь о времени, Эгла.

Если в Бактрии древней, на самом краю небосвода,
Рухнул глиняный храм, разве Солнце над миром померкло?

Разве кто-то постиг, что творила тогда Галилея -
И в глубины какие ещё не ушла Атлантида -
И косматой звезды (ты её называешь Галлея)
К колыбели моей почему не склонилась орбита?..

Но позволь мне тебе не поверить, мой гордый Светоний,
С чуткой детской душой
За надменностью римской всегдашней.
Словно ангел крылом, шёлк страниц холодит мне ладони...
Это было в тот год, как не стало Иешу Амашши.

2000

***
У них есть Бог. А утончённый Рим
Зверьём их травит, бросив на арену,
Повелено не быть, как Карфагену!
Но с ними – Бог, и смерть подвластна им.

У них есть Дом – сырой и тёмный свод
Глубоких катакомб... Ворота рая,
Которыми, следы измен стирая,
Единожды предавший не войдет.

Они рисуют углем по золе
Им, посвященным, ведомые знаки,
И молятся, отвержены и наги,
Усевшись тесным кругом на Земле,

Пьют красное вино,
И хлеб как век
Ломают пополам, и так, по кругу,
Переживают Рим, и в Риме вьюгу –

Холодный ветер и холодный снег.

1995

***
Янтарь

"Пора снимать янтарь..."
М. Цветаева

...Я думаю, что стало с янтарём.
...Могильный червь как лакомство какое
Его изгрыз?
Старуха ль под тряпьём
Нашла его дыханье золотое
- И крадучи, тайком перекрестясь,
Позарилась – взяла его – у мёртвой.

Так время,
В спицах вечности вертясь,
Становится для нас смолой, растёртой
В кругах Твоих таинственных дерев,
В огнях Твоих погасших побережий.
Янтарь, янтарь...На шейках королев
Ты стал петлёй, затянутой и нежной.

Исчиркана чернилами в букварь,
С колючей детской кляксою над датой,
Жизнь кончена, пора гасить фонарь...

Здесь только смерть, -
Последний соглядатай.

2006

***
На синергетику

Все страхи смертного ума,
Как это ни парадоксально,
В подкрыльях звёзд,
Во тьме сусальной
Всеутверждающего сна...

Но пьём мы жизнь -
И пьём до дна!

Познал закон Вселенной Веллер,
Но от щедрот ее отмерил,
Увы, - Господь - чуток дерьма,

Немного страсти...
Самомненья
Удел, а прочим нищету;

Тем - диалектику сомненья,
Тем - нудной истины тщету,

Что всем нам смерть

В обьятья ляжет...

И потому бессмертны мы,
Смиряя тело плотской жаждой -
И синергетикой - умы!

***
На время

Что не разрубит время на куски?
Вот вишен облетают лепестки.
Вот честь и верность брошены в огонь...
О пламя,
Только гордости не тронь...

***
Монте-Кристо

Накрытый стол; вино в кувшине;
С мансарды ссыпалась лоза...
И я смотрю – уже в чужие,
Еще томящие глаза.

У океана запах лайма.

В открытом всем ветрам кафе
Мерседес в чёрном,
Тьма и тайна,
Мне шепчет: аутодафе…

Марсель по-прежнему прекрасен
Под корабельной сенью крон.
И я ловлю себя на фразе:
Модерн –
Железо и бетон –

Теперь на набережной... Говор,
Разноязыкий и хмельной,
Даров морских отведать повар
Зовет улыбкой озорной.

Слабеет шторм в волне унылой,
Соленых брызг мельчит крупа…
И замок Иф громадой стылой
Стоит за нами, как судьба.

1994

***
Королева Марго

Королева Марго остаётся одна.
Ночь длинна и темна, а постель холодна.
Муж к маркизе ушел, Гиз политикой пьян.
Мать за нежною лаской скрывает обман.
И от скуки такой – хоть к монахам сбежать!
Цицерона читать, зеркала ублажать
Кружевами и фижмами, шёлком и льном
Да жемчужной короной над розовым лбом.
Свет последний померк;
В Лувре – ночь, два часа…
С улиц праздных гуляк чуть слышны голоса.

1994

***
Параллели

Предательство – вот времени примета.
И ты, мой Брут… и ты, Иуда, - брат...
Как долго ночь тянулась до рассвета,
Чернела ночь, смешав пути назад.

История рассудит – и забудет,
Трагедию за фарс приняв опять…
Но сколько лет осине по Иуде,
Листами трепыхая, тосковать?..

****
Древняя кровь как огонь горяча.
Скифская перевязь, отблеск меча.

Степи и небо. И топот коней…
Черная тяжесть раскосых очей.

Гарь и туман, а в тумане - стада.
С кем это было и где, и когда?..

***
Кавказ

Кавказ. Весна…
Кавказ, война.

Визгливый крик тщедушных горцев.
Что жизнь? Оружия цена,
Да славы русских ратоборцев.
Горит аул. К скале ведут
Последних в схватке уцелевших.
За выстрел – сто. Не долог суд,
И - упокой Господь их, грешных…
Но ночи ждет имам Шамиль,
Чтоб вздернуть головы на пики.
Он топит ненависть в крови,
Прости Аллах ему великий!

Чужбина – ад. Но тем милей
Гостеприимства дух застольный.
Что братства нашего верней?
Что дела нашего достойней!
Так Государь велел – и вот,
Не за награды, а на годы
Смирить мятежные народы
Старик Ермолов нас ведет!
Надеты шашки, на манер
Разбойных конников Шамиля…
Штабной ученый офицер
Тайком читает Токевиля.

1997

***
1991

Что гадать, ко двору ли свобода пришлась?
Нам подняться с колен – значит, в ноги упасть.

Не в крови, не дай Боже, пред миром чисты, -
В непролазной грязи отмываем кресты.

Только слышно мне донной, морской глубиной,
Как шатается трон под царицей-страной...

1991

***
Алмазный фонд

Честь Империи храня,
Дремлют своды вековые
Венценосного Кремля
И гробницы роковые.

Блеск алмазных эполет,
Ноша шелесткого лавра,-
Бремя лёгкое побед, -
Звонкий титул -
Что там, завтра?

Может, Терская волна
Лоб горячий ваш остудит,
Может, Финская скала
Вам плитой могильной будет -

Иль, тревожа англичан -
В край туземцев бородатых,
Где за кровь - за смерть, Коран
Рассчитается в каратах...

Дрогнет, вея холодком,
Страусиных перьев росчерк...
Упадёт рука с платком -
Муж, возлюбленный, сыночек...

Век всамделишных страстей,
Век брильантовых булавок...

Ожиданье новостей...
Что там, завтра...
Смерть и слава.

***
Крым

Вслед за Гомером,
В туманную область Аида,
К руслам исчезнувших рек, растворившихся в море,
Ты уплываешь от нас, Золотая Таврида,
Скалы как якори бросив на синем просторе.

Там, в глубине, средь неслышных подводных течений,
Где осязаема вязкая плотность пространства,
Старец Харон, как рассеется отблеск вечерний,
Челн оттолкнет и направит в Понтийское царство -

За Митридатом…

О граждане Рима, ликуйте!
Что бы грозило теперь вашим подступам ближним?
За Митридатом,
Хранимым привычкой от ртути,
Выбравшим меч свой отточенный – роком всевышним.

Сколько племен к древу жизни прибавило круг свой!
Где киммерийская стража с ключами от ада,
Где вы, в увечьях и золоте, Скифии смуглой
Храбрые воины, персов смышленых досада?..

Срезам смолистым, пахучим и грубым не ровня
Хрупкая завязь…
Искать мудрено нам начала.
И никому,
никогда,
ни о чем не напомнят
Лунные заводи в ночь на Ивана Купала.
*
Как рукоять клинка горит,
Как застывает тишина,
Как возникают из молитв
Божеств забытых имена.

1991

***
Алушта

Старый город. Одышливо, грузно.
Улей с сотами, медный Шанхай;
Глинобитные стены искусно
Залатал терпкой зеленью май.

В створках улицы - ласточьи гнёзда
Вдоль насупленных кровель висят,
И рыбацкие сети - как гроздья,
Что не спутал ещё виноград...

1989

***
Матрос

В кабаках бродит хмель
И матросы галдят,
И один, с черным шелком на шее,
Здесь сидит до зари, по столу проводя
Отшлифованной щепкою реи.
Как святой талисман, он ее бережет,
Знак счастливой звезды и удачи:
Друг несчастный его,
В незапамятный год,
Был повешен на рее фок-мачты
Оклеветанный кем-то,
Невинный как бог,
Был он брошен в пучину морскую…
Только чайки последний
Расслышали вздох
Только парус забился, тоскуя.
Улеглись мятежи.
Флот державы окреп.
В отчий дом воротились скитальцы.
Кружка с грогом стоит на дубовом столе,
Да дрожат просмоленные пальцы.

1993

***
Ночь в Петербурге

Свинцово-стальной ноябрь
Невы невесомо-серой,
В надрывах и волдырях,
В нагаре Пяти Империй.

Дряхлеющий Петербург -
Как прежде, жандармский, мятый, -
Влечет свой голландский дух
Клозета и сладкой ваты.

Подсвечивая кресты,
Летит над Невою Ангел,
И шамкают в ночь мосты,
Уныло скрипя в подагре...
*
Родная моя душа,
Чужая моя, чужая -
И я здесь оставлю шаг,
В потемках твоих блуждая,

И я твой покину дом,
Заметив мгновеньем ока,
Как чайка черкнет крылом
В прекрасное одиноко...

2004

***
Колымский асфодель

"На стёкла вечности уже легло
Мое дыхание, моё тепло..."
О.М.

Мы научились, - время, вспять -
По стёклам вечности стрелять.

Хватило б камня у богов
Для всех Голгоф.

...Когда во тьме ледел барак,
Дыханья не было, ведь так, -

Там смерть, туманя зеркала,
Крылом легла?..

Там Рим, Петрополь, Коктебель...

А здесь метель, метель, метель -
И хлоркой пахнет асфодель
Колымских недр.

Но Млечный путь горит светло,
Хоть вечность - хрупкое стекло,

И миру не принадлежа,
Летит душа...

2008

***
Мифы

Слагали мифы на холстах,
На огненных скрижалях,
На окровавленных щитах,
Крушили, жгли, мешали...
Поди пойми, откуда мэйд –
Всё спуталось, всё сбилось…
И вот придумал некий Фрейд,
Что это нам приснилось:
Непотревоженно живут
В глубинах подсознанья
Эдип и сфинкс, Нерон и Брут –
Зловещие созданья.
И глупый мозг наш населён,
С инферном Мавзолея,
Живыми трупами...Возьмём,
К примеру, Прометея.

Как смел людей людьми назвать?
А страх? а воля рока?
К скале Кавказа приковать
Отверженного бога! –
Так повелел Зевес-злодей,
И ужас мук был вечен.
Нам пояснят, что Прометей
Имел больную печень.
А мы придумали наш миф
На винной этикетке,
Тогда ещё обжора-гриф
Ругался матом в клетке…

1996

***
Апокриф

Время... Я сравнил его с пращой,
Вскинутой над пропастью...Но в милость,
Глиною горшечной над свечой
Время обезбоженное свилось.

Город пал, и кровь ушла в песок.
Женский взгляд утратил внешний ужас.
(Видел я, как камень бил в висок,
Безвозвратной силою обрушась).

Иоанн пропал; заврался Пётр,
Хоть стыдлив, до детского румянца...
Магдалина плачет, Лазарь пьёт,
Старится... глаза его слезятся.

Но поныне Понтия скала
Недвижима.
Цепко и зловеще,
Словно когти хищного Орла,
Двух имён забытых вензель скрещен.

Прокуратор мёртв...тому виной
Мужество - отчаянья излишек.

Грех велик на нём. Но грех иной
Он - мечом калёным в сердце - выжег.

В катакомбах холод, меркнет свет.
(Путь сюда ищи по тайным знакам)
Может быть, мой скрюченный скелет
На шаги твои взметнётся прахом -

Медный свиток спрячет мой рассказ,
Под века, обваленные грудой.
*
Тот, кто предал, был один из нас,
Казначей,
И звался он Иудой...

1995

***
Порочный кубок пиршественных грез,
Поминки по империи, д'Ануццо!
Тебе осталось только задохнуться
Под лепестками жгуче-алых роз.
Небесных глыб обвалы,
Сад камней, рассчитанный до мелочи,
"Титаник",
Струящий из глубин свое сиянье -
В последний час вселенских новостей.

***
Смена царства

Вы арестованы, Ваше Величество!
Резкость движений вредна:
Выпито слишком большое количество
Пенного злого вина.
Вас обманули в глобальных пророчествах.
Нации в тягость тиран.
Если горит нетерпеньем высочество,
Трон- западня и капкан.
Так будет лучше святому отечеству.
Шарф – Императору! Ложь –
Самый надежный рецепт человечеству,
Как осчастливить за грош.
Был побрякушка, пустышка, убожество –
Цезарем станет в гробу.
С самой высокою пробой художество –
Облагораживать труп.

Синие пятна? Висок перешибленный?
Императрица смолчит.
Сына заметит, мгновенный и гибельный
Взгляд отражая как щит.
И – любопытствуя,
И – чуть злорадствуя,
Спрятав глаза за вуаль,
Скажет с достоинством:
- Я поздравляю Вас…
Холодно:
- Вы теперь - Царь!

1992

***
Боярыня Морозова

Скитов отверженные срубы
Не для нее, чей взгляд свинцов!
В воротнике собольей шубы
Топя бесслезное лицо,
Она застыла пред распятьем:
Двуперстный крест да будет свят!
И с уст зловещие проклятья
Во тьму полночную летят.
Ах, кабы ей – на лед холодной,
Под камень улиц мостовых!
Она б дозналась подноготной
У жалких недругов своих –
Господь прости, - на дыбе корчась,
Они бы прокляли тот час,
Когда явились в мир…
Но тотчас
Светильник чахнущий погас.
Затвор гремит. На окрик грубый

Всплыл равнодушный взгляд, сквозя...

И обреченно молят губы
Того, что вымолить – нельзя.

***
Заговор

Военный заговор в столице.
Присяга принята, и вот
Уже зовут императрицей,
Переступая эшафот.
Поводья рвутся. Кони топчут
Узоры лунных площадей.
Пока не ждут, пока не ропщут
И не опомнились – скорей!
В гвардейском кукольном мундире
За отречением Петра
Она летит –
Как будто в мире
Отныне нет иных преград!
Напуган царь. Застыл над скрипкой…
Смирить, сломить его совсем
Очаровательной улыбкой:
- Ее вернут...дней через семь...
Июнь. История наощупь
Крадется. Как заведено,
Солдаты касками полощут
Дворцова погреба вино.
И завернувшись в ткань сурову,
Царица спит под гром «ура»,
Отдав державу в длань Орлову,
Но до утра, лишь – до утра...

***
На смерть котёнка

Откуда знает зверь про смерть,
Когда когтистой лапой
Скребет, хрипя, земную твердь,
Когда в попытке слабой
Спасти дитя прижмется мать
К его холодной шёрстке,
И будет звать, и будет ждать
Тепла от этой горстки
Пушистой плоти цветом в медь,
Последнего дыханья?..
Откуда знает зверь про смерть,
Вот тайна мирозданья...

И ты, мой маленький, лети,
В волшебные пределы -
Ты встретишь ангелов в пути,
Их перья снежно-белы,
И овевают сладким сном,
Печали прогоняя...
Ты с человеческим дитем
Войдешь в ворота рая.

2007

***
Где-то у Мёртвого моря
Кожу трухлявую змеи
Сбросили, травы бессмертья
В кольца свои заплетя.

И поделом нам. Об этом
Что-то слыхали евреи,
Что-то вписали о Еве
В первой из книг Бытия.

Сонная сладкая Ева!
Древнего Ура блудница,
Что опоила Энкиду
Тряским болотным вином!

В сумрачной битве со смертью
Как на куски не разбиться
Глиняным глупым уродцам,
Жалким и слабым притом.

Кто согласиться на выкуп?

Где то в земле Ут-Напишти
К выжженным плитам гробницы
Бледный склоняется день.

Кости наполнены прахом.
Страхом - глазницы.
Тени на этой дороге,
Мы не оставим и тень.

1998

***
Ассирийка

Золотые глаза ворожеи:
Зной полуденный, марево, юг -
Как спасенье в кораблекрушенье,
Ассирийка латает каблук.

И в ладонях ее огрубелых
Столько тайны! Крылатых коней
Распрягла здесь - и недоглядела,
А они не вернулись за ней…

За окном ее маленькой будки
Город в синем январском чаду,
И на стеклах цветут незабудки –
Снежным тальком по тонкому льду.

1984

***
Пуста, легка невинная строка.
Донос иль стих - бумаге не перечу.

Но подлецом протянута рука...

И движет страх - протянутой навстречу.

***
Ты храбр душою, друг! тебе мой меч!
Зло - только зло, в поэзии ли, в прозе!

Держась над схваткой, честь не уберечь.

А трус ... пускай останется в обозе.

***
На Петроградской, у Чванова
1916


...Дождь начинался шёпотом.
Криком разбил окно.
Чернь облаков, и кобальтом -
Бледной Луны пятно.
Ждёт экипаж. На часиках -
Полночь.
Чадит свеча.
Сана рисует svastica,
Cлушает скрипача.
Тускло вино германское,
Млеко арийских жён.
- Что-нибудь спой цыганское...
Звон - с колоколен звон,
Где балалайки тенькали
Пьяному сволочью.
Править Россией - немке ли?
Стеньке ли, - палачу...
А по углам без удержа,
Рубль да пятак - душа,
Пальцы сопливит: "бюргерша",
Русское буржуа.
- "Это не рана - раночка!" -
Белая кость тверда.

-"Кровь голубая, мамочка?"
… Знаю, ответит "Да".

***

Джой

Джой не плакал - умная собачка!
Не скулил, не тяфкал, лишь дрожал...
(Убивали пулей. Незадачка:
Добивали штык, а то кинжал,

После в яму общую свалили,
Кажется, облили кислотой...)
Джой не бегал, маленький, к могиле -
В дом его рабочий взял простой.

Много лет подряд болеет дочка.
Фабрика дымит, помилуй бог...
"Принеси мне, папочка, щеночка!"
"Беленький, холёный - чем он плох?.."

А потом - Колчак... и их убили.
Снова. Всех. И дочек, и жену.
- Царскую собачку приютили!..

Так по-волчьи мир тот шёл ко дну.

***
Богоматери русские,
Как лампады огонь
Пальцы нежные, узкие
Сберегают покой.
Сколь его нам отмеряно?
Но отводят глаза,
И по дереву медленно
Проплывает слеза.
Ночь черна за оградами
Или что-то не так?
Вслед за морами, гладами -
Меч, отточен и наг.
Ночь надвинулась черная,
Но прозрачней луча
Та рука истонченная,
И в руке той, свеча…

2008

***
Золотая оса и собака с доверчивой мордой,
Или бешеный бег, или Фауст над звёздной ретортой

И солёное море, на звонах алхимии цвета,
И беззвучие крика, и капля, и позднее лето, -

Нестерпимо на синем, - на белом,
Прибойном и вьюжном,
На немом языке, где-то в городе терпком и южном,

Где гроза по глазам и взлетели над папертью флаги,
Где нарезаны люди из ломкой и тонкой бумаги.

- Задыхаясь от света, нам сны принесут почтальоны.
Но отлиты медали... но вышиты гладью шевроны...

2009

***
Женщина с котёнком и собакой

В том краю, где голуби ватагой
Из канав сигают в лебеду,
Женщина с котёнком и собакой
Верила в наивную мечту:

Там, за дверью - путь лежит, тревожен,
Сквозь туман и сонные дожди,
А куда - Бог весть!... но кто-то должен
К ней придти по этому пути.

В маленьком шкафу - пылились платья.
И тускнели серьги с бирюзой.
Пёс скулил на чёрное распятье,
А котёнок - бегал за осой...

Муж болел. Он умер от чахотки.
Дни - летели. Кто-то был ещё,
Сумрачный и юный, с гарью водки -
Злое, ненадёжное плечо...

Хрупкая, кто стал её защитой?..
Пёс был стар, котёнок - слишком слаб.

...Дверь открылась. Дьявола не выдал
Ни оскал ... ни запах крови - с лап...

***
Палачу

Домик маленький на окраине.
А в окне не горит свеча:
Здесь холодная тьма отчаянья,
Здесь убежище палача.

Злой старик.
А из глаз, безжалостна,
Немощь старческая течёт.
Он еще поиграет в Фауста,
Раздери ему душу чёрт.

Дверь тяжёлая перекрещена,
И к её прикасалась льду
Только та молодая женщина,
Что приносит ему еду.

2004

***
Пуля в лоб - утонченней блефа.
Почернела как ночь душа.
Только розы цветут, и Ева
Ослепительно хороша.

Жизнь прошла как свеча сгорела,
И не спросит никто, в чаду
Вороша оболочки тела -
Как душе его там, в аду...

***
Осень

Рази, двази,
Тризи, ризи,
Пята, лата...

считалочка

О двойственность имён, о *время* - и скольженье
Сплошного лёта лет -
В какие рубежи...
Ледеющий прибой замрёт в одно движенье,
И ракушка в пески зарытая лежит.

Мой камень - хризопраз,
Мне имя - безымянность!
Без-молвие огня, без-значие воды.
В безобразность стиха - шлестящая багряность,
Туманность белых крыл
Под сумерек бинты.

Где летняя жара, где мёд сосновых стружек?
И я смотрю, в ладо... шшш!.. дыханье притая,

Как золото дрожит на шкурице лягушек,
(Ткачами паутин, сплетённость бытия...),

Как радуга, раздав спелёнутые стразы,
Доигрывает жест, улыбку... Цокочи,
Мушиная семья...
Шурк! - ящерка вылазит -
И выглазит тепла последние лучи...

Над белькой хризантем метнётся страшный идол -
Мохнато-рыжий шмель, сдувая свечки ос...

Настанность красоты (ей имя хризолида...),
Тяжелый ток светил и раковин - на плёс.

***
Брисингамен

Уже Луна плывёт в Нифльхейм,
Не спится только фее Фрейе:
Ах, не даёт покоя ей
Из изумрудов ожерелье!
Вчера пугливые зверьки,
В высоких травах озираясь,
Его на двор приволокли
И рассказали, запинаясь,
Что ей достанется оно,
Одно условие простое:
Их господин хотел давно
Отведать пиво золотое,
Да что за пиво! Цверг Квасир,
Слюна богов, не пил такого!
А ждут её на добрый пир
В медвежий лес, у рва крутого.
Уже тугой засов отбит,
И синью звезд взглянула ночка…
Разочек можно изменить,
И, может, даже, два разочка.
Прижат к груди волшебный свет.
В росе летят босые ступни.
Муж бестолковый спит как дед,
Всхрапнет-замрет, жену аукнет.


Прыг-скок! – на тёплую постель.
Сверкают сны, кусают блохи,
И ожерелье, как трофей,
Подняв с ковра, уносит Локки.

***
Рассказать тебе про одиночество?

Рассказать тебе про одиночество?

В спальне господина Нотр-Дамма
Паутины нить в углах волочится,
Тусклый свет вокруг роняет лампа.

На столе - исчирканная рукопись,
Карты неба, циркуль и линейка;
Вычислений тонкие премудрости,
Да печать - египетская змейка.

Как чернилы, тайны растекаются
Со страниц, пропитанных туманом,
Нет такого бога, чтоб покаяться
Всем убийцам, грешникам, тиранам -

Нет такого места, что избегло бы
Участи второго Вавилона,
Над которым Солнце не померкло бы
В Судный день, в дыму Армагеддона!

Трехтысячелетние скитание,
Будущее в огненном обличье -
Все доступно выцветшим глазам его,
В низости безмерной и в величье.

Врач, он шел к больным без лиц и звания
И лечил чуму вином из роз...
Только тех, всех ближе и желаннее,
Откупить у смерти не пришлось.

...Я вчера зашла, купила чай ему,
И пустила в душу тот же ад:
Он сказал - столь долго Ожидаемый
Не придет, не жди Его назад...

1999

***

"Ты была для него не пленницей -
Доброй феей из детских снов!
Лишь волшебным вином сопернице
Удалось погубить любовь.

"- Другу в жёны свезёшь любимую!"

В шапки снежные - на лету,
Кони скачут седой лощиною...
День - в дороге, а ночь - в бреду:

"Россыпь звёзд - золотые волосы...
Словно струны, они звенят...
Песню пела она вполголоса -
Будто жемчуг речной, был взгляд..."

"Позабыл ...обо мне мой суженый...
И другую ...назвал женой...
Вот печаль моя... и не нужен мне
Принц прекрасный и молодой!.."

В снежном храме постель расправлена,
И едва не касаясь плеч,
Между ними лежит отравленный,
Ослепительно острый меч."

***

С тобой, затмение души-
Восторга как достичь предела?..

Как зверь, крадущийся несмело
В лесной затерянной глуши,

На шум немолчных звучных вод -
Где тень Луны, где трав томленье, -
Жестокой жажды исступленье
У водопада отведёт,

- Но, зачарованный, замрёт,
Ловя смятенными очами,
Валов, дробящихся о камни,
Всесокрушающий разлёт -

Так красота любви и тайны
Не утоляет уст печальных. . .

***
Суккуб

Сэр Перси-и-ва-аль!..
Её глаза темны.
Темны как ночь на кратере Луны,
Повёрнутой обратной стороной...
В громадах снов
Она идёт за мной.
Я - отраженье всех её мужчин
На нежном теле, - ликов и личин
Всех, кто - ожог! - легко и сгоряча
Касался воска голого плеча.
В старинном замке тихий звон челест.
Но рукоять и лезвие - мой крест,
И если бог - она, Она мой враг!
Так древних сводов чернь и полумрак
Багрянит отблеск хладного меча...
А кровь... она сладка...
И горяча...
Замёрзшая Вселенная, - глаза.
Не спасшая влюблённых - бирюза.
И - мертвь, кровавый контур этих губ...
Не плачь о ней... не верь...
Она - суккуб.

***
Актриса

Увы - не терпит старости бомонд -
Побольше штукатурки и эмали!

Актриса - косметический ремонт.
Купели нег, и сливок пасторали.

Акт-ри-са! Лицемерие в крови.
Вино, цветы. Сбежавшие мужчины
В провалах глаз. И маска нелюбви.

Как занавес
На жуткие морщины.

***
Заколдованный бал - и всё те же паяцы,
Арлекины, Мальвины, Пиноккьо, Пьеро...
В этом театре теней так легко затеряться!-
В зебрах рук кукловода с глазами зеро...

Та же публика в зале, и лица в извёстке,
Тот же дым, чернотой заполняя партер -
Тот же сумрачный взгляд на кривые подмостки
С эквилибровым блеском парящих химер...

2010

***
Остывшего мира химера,
Огромностью проклята,
Тессераконтера,
Плывущая к Терра Инкогнита.

Оз страна или ос Канопуса
Матросов ужаленных лежбище,
"Александрида",
Последнего Ноя прибежище?

С садами, садками и лабиринтами,
С пурпуром роз у вокзала,
Забытыми гиацинтами

И рындами.

С геликоптером - неба
Гастарбайтером жёлтым, - но вне
Времени,

Отраженного в синем,
Влажном, солёном огневии
Александрии-твоей-на Неве,
Ниневии.

Сумерек столько,
Что кажется: дня не было.

21 декабря 2008 г.

***
Перебивая запах яда
Предвосхищением глотка,
Как калька : чашка шоколада
На свет прозрачна и - свет прозрачна и - легка...

А в ней!.. Криолло... Форастеро...
(Олмекских негриков секрет) -
И Тринитарио Мистэро
Сплели изысканный букет...

У продавщицы на прилавке
Лежат конфетные щипцы,
И, - бабки-липки на булавке:
Стекают лавой леденцы,

- А рама, стёгнутая ветром
Грозит разнесть прилавок в хлам -
И занавеска как конфета
Прилипла к сладостным рукам...

И эта девушка, - (с которой
Мы четверть часа переждём), -
С конфетной сладостью -
И шторой,
Под золотым её дождём, -

Как я грущу, что нет Хайяма!..
На эти ситцы... сипотцы...

А небо рвётся синью шрама,
И сыплет капли-дохлецы,

- И, занавески сотрясая,
Окно заглатывает высь -

Какая хрупкая Даная,
Какая прожитая жизнь...

* Криолло, Форастеро, Тринитарио -
сорта шоколадных деревьев

2009

***
Ребенок

...Мир невообразимый,
Таинственный, -
Чья жизнь тиха, проста, -
Как свет, что ждут
Волхвы и пилигримы, -
Ребёнок. . .
Неоткрытая звезда.

***
Тир Тарнгири

Однажды рыцарь Бран отправился
В далёкий край,
Подслушав жаркий шепот паруса,
Что там лишь – рай,
Тир Тангири, звезда забвения,
Планета снов,
Страна замедленного времени...

От берегов

Родной земли ладьи отчалили,
В заре сгорать...
Но долго вслед и всех печальнее
Смотрела мать.
Играли волны, гребни пенили.
Плыла вдали
Планета снов, звезда забвения,
Тир Тангири.

...Угрюмо небо тучи сдвинуло,
Грозя вдогон,
И буря чёрная нахлынула
Со всех сторон.
Пучины взмыли дикой стаею.
Бросала смерть
Молитвы, полные отчаянья,
В их круговерть....

Когда расселось беспамятство,
Рассвет настал,
Увидел Бран цветное зарево
Над кромкой скал.
Чудесный остров, как видение
Возник вдали-
Планета снов, звезда забвения
Тир Тангири.

Год пролетел на этом острове,
Как миг земной
Пришла пора путями звёздными
Лететь домой,
Где детства сны под скрип уключины
Несёт река,
Где помнят всех её излучины
И берега.

Спросил старик с глазами мудрыми
И белый весь:
- Скажите, странники, откуда вы?
Зачем вы здесь?

Блистала мгла мечами грозными.
Ответил Бран:
Вернулись мы в тот край под соснами,
Что Богом дан.

-Не Бран ли ты, о ком в предании
Остался след?
Кто был в неведомом скитании
Пять сотен лет?

- Пять сотен лет? И в лодку быструю
Один юнец
Вскочил и стал грести неистово:
- Эй, мать, отец...
- Эй, мать, отец! Вокруг всё замерло,
Лишь плеск весла.
Земля отцов ноги не ранила,
И прах взяла.
Погас очаг, и в сени стылые
Не скрипнет дверь.
В могилах братья, сестры милые …
Куда ж теперь?
Куда нам плыть? На солнце ясное,
На свет зари.
Жестоко к пленникам прекрасное
Тир Тангири.

1998

***
Катана

Отполирован
До кости металла
Меч самурая.

В шорохах капель
Так выгнулась
Бабочки Тень.

Сумрачный всадник,
Не знающий
Ада и рая,

В Белом ущелье
Я встречу
Гарцующий день.

Белые лилии
Сорваны.
Нежная веха!

Жив ли
На круге земном
Мой единственный друг…

Если
Тебя позову –
Отзовётся ли эхо?

Громче
Послышится
Сердца ли скорбного стук?

Голос,
Усилием гор
Прорастающий к небу,

Лишь
С молчаливой катаной,
Похоже, сравним.

Словно
Жестокое Солнце,
Что слепит по снегу,

Звук её –
Молния,
Что устоит перед ним?

...Самое-самое
Дно.
Я немного устану.

Нет никого,
Кто сказал бы:
«Путь – к свету. Держись…

Порох и подлость – одно.
Поднимая ж
Катану,

Помни,
Что легче цветка
Обрывается жизнь...»

2009

***
"Тонкий снежок"

Раньше салют фейерверков
Гремел в Сумида, не смолкая...
Разве что дождь - но повсюду
Чайные домики гейш.
*
Когда-то, очень давно,
моряки с другого края земли
высадились в веселом квартале - Минами.
Там юнга-матрос встретил красивую
юную гейшу по имени Усуюки,
что в переводе звучит так -
"Тонкий снежок".
Не зная языка друг друга,
они влюбились с первого взгляда...

Как говорится,

Минуй Минами,
Путник, если не хочешь
Обжечься сердцам...

Так бывает только в легендах...
Но прошла ночь,
а они так и не смогли
сказать не слова...

А утром оказалось,
что юнга забыл у Усуюки
свою подзорную трубу.

- Значит, он вернется! - решила юная и доверчивая гейша.

А может, он хотел сказать ей:
- Смотри в это изумрудное стекло!
Однажды на горизонте
покажется мой корабль!
Дождись меня...

Сумида несла свои воды,
ловцы голубых светлячков
выплывали на ее простор
со своими бумажными фонариками,
отцвела сакура, и вновь зацвела...

А там, на горизонте,
собирались снеговые заряды.

Снежная синь.
Изумруда кристалл не зорче
Сокровенного в сердце.

Но каждое утро Усуюки видели
на берегу, она ждала, не появится ли вновь
португальский корабль , -
с ее возлюбленным.

Так прошло много лет.

Все, кто жил в Эдо,
видели Усуюки, стоящую на берегу,
но - странно: они стали замечать -
она не старела. Она оставалась точно такой,
как в день встречи с безвестным юнгой.
Говорят, только Великая любовь
способна остановить время.
Такой, наверно, и была любовь маленькой японской гейши...

С кукольным лицом
Тонкий Снежок не старше
Той первой весны...

***
Суми-э
*
И под летним дождём
Каждая кошка
Кажется брошенной
*
Обмякшее тело
В утренней влаге
Прозрачность рыбин
*
Цвет жизни
Осыпался лишь виноград
Зелен и фиолетов
*
Тяжесть вазы
Сакуры веток
Хрупкая крепость
*
Берегись этих роз
Глаз кошки
Наблюдает из их тени
*
Полка с книгами
Звяканье склянок скрип фитиля
Молчание неодиноко
*
Фальшивой купюрой
Расплатился в кафе
Улыбка женщины
*
Сломана ветка
Обсыпана снегом
А птица поет
*
Роскошная кошка
На ветке сакуры я
Среди серых
*
Спит Дракон
Переливается серебром чешуи
Река
*
Прохожу мимо
Селений в зарослях спящих
Лишь созерцатель
*
Все спела
О чем знала птица
Очередь ветра

***
Иероглифы
*
Ферма Воздушного змея.
Плыву в предрассветный туман,
Вися на карабине.
*
Смотрю в небо
И запрокинутый стакан
Не мешает
*
Снежками сердец
Играем в любовь
На перекрестках ночей
*
На чердаке

Хлопнули двери
И мертвую бабочку
Закружил ветер
*
Хайку ванне

Плывут пузыри,
И как паруса в Трою,
Раздуваются.
*
Шоколадных пен -
Перезимуем в ванне? -
Муфты! Варежки!
*
Дни - наутёк сквозь паутину.
Загорай, солнце!
Впереди будет много дождей...
*
Иероглиф времени

Растёртой смолой
Пахнет время.
Вычерчен мой иероглиф.
*
Ты - Время
Идешь - не останавливаясь
На частоте - сердца
В поясе - шахида

***
Чукку (тавтограммы)

Мороз

Мотри-т-ка, мороз!
Медведь мёрзнет,
Морж мёрзнет,
Моя, мать, мёрзнет!

Пес

Притомил пса путь...
Песцом-попрошайкою
Подачку просит!

Ласка

Линяют льды.
Лето ленивой лаской
Лазурь лижет.

Моржонок

Мокренький, млекоусый
Младенец моржа.
Мертвым-мертва мать...

Властелин воды

Великан видом,
Всплывает вдохнуть весны
Властелин воды.

Олень

Оледенели
Омуты -
Острожись оступиться, олень.

Нерпа

Неподвижен наст.
Но нервно нюхает ночь
Нежная нерпа.

2008

***
Зима в Йокагаме

*
Янтарная Луна и гроздья рябины –
Недолго им осталось гореть огнём.
*
Зима.
Под тяжестью снега
Сломались ветки.
Травы застыли.
*
Всю зиму светят мне ледяные звёзды,
Звенит серебром на морозе
Ковш Медведицы.
*
Далеко, за снегами ждёт нас дом –
Старые стены под свежей краской.
*
Бег времени.

Побыв пышным кустом,
Умирают
Те хризантемы, что в марте
Срезали мы в воду.

Молчание

…Что-то остановило меня,
Как в зимнем аквариуме – тусклый,
Неподвижный взгляд пираньи.
*
Подарившая жизнь,
Ты примиряешь нас с холодом смерти.
Мама…
*
Любовь, которая затмила собой весь мир –
Я расхотел сочинять эту сказку.

Новый год.

Смолой, звездопадом, ливнями света
Заискрился дом,
Как будто заглянули на огонёк
Весёлые пьяницы.
*
Как поцелуи,
Касаются снежинки ресниц моих.
Прикосновение одиночества.

У воды.

Потерявшая берег,
Вырвалась из наших рук лодка.
Смотрим друг на друга.
*
Скорей бы небо распахнуло свои серые тучи!
Так просит открыть окно выздоравливающий.

Заморозок

Проламывается под ногами корка земли.
Внутри остывающее тепло.

У очага

Едва уловим запах смолы.
Что прочтём по годовым кольцам?
*
Что тебе подарить, - спросит жадный.
Желающий одарить не спрашивает.
*
Огромные зрачки инопланетян –
Слишком много света на их планете,
Слишком тёмен наш мир для них.
*
О золотые духи Гор!
Не найдётся ль у вас для меня
Маленького магнита,
Притягивающего деньги?
Нет, счастье!
*
Потрясая картонными мечами,
Смотрит на нас
Время героев.

Мудрейшие

Не верь никому, - ни звёздам, ни ветру.
Одно постоянно в мире: перемены.
*
…О вечно переглядчивая глупость!
*
Понуро бредут рыбаки
Вдоль снежного берега.
Пахнет рыбой и зима в Йокагаме!

Гуляки

Нерадостно их возвращение:
Прокутили последние гроши, смотрят хмуро.
*
Паутина над дверью в мой дом?
Но ведь кто-то ещё плетёт её!

2003

Семизвездная ночь в Сумида

****
Как не упорен
Тоненьких пальцев отказ
Сердце в смятеньи
Вишен цветенье
Помню уколами ос
Вспухшие губы
Соль побережий
Липнет к ногам кимоно
Из крепдешина
Около моря
Прячет безгласный вопрос
Взгляд господина
Звездами режет
Ночь Сумида под пологом
Бархатной шубы
Спишь словно юдзе
Что расплатилась вчера
За угол еду

2017

**
Сумерки года

Сумерки года. Туман на косе.
Время - задумчивый инок.
Боже ж Ты Боже, топить в бирюзе
Хворост полночных снежинок!..

С этой безмолвной звездой на весу -
Неба волшебная рама,
В белом скиту, в одиноком лесу,
И - ни дороги, ни храма...

***
Кто-то с Богом борется.
Кто-то с Богом носится.

Не с небесным воинством
Я - по роду - войск.

Пой, тоска-метелица.

Злей, душа-сукровица.

А кривая вывезет:
Спасово - Пропойск.

2008

***
О мой, нерусский, Север,
Монашеская грусть
Покинутых деревен,
Туман и захолусть.
Хвоя ресниц зеленых
До дальных рубежей –
И пальцы фрачно-черных,
Холеных торгашей -
Палаческая хватка.
Кресты. Погосты. Грязь.
И что то ни чин, то взятка,
И что ни вор – то власть.

2009

***
Рулеты Кордон блю и немного из "Фауста"

"Ну, куклы чертовы, скажите,
Что здесь за варево?.."

***
Год начинается посвистом зимним,
Вьюга сдувает чердак.
В черном берете с пером петушиным
Ходит какой-то чудак.

Стеганым пледом из мышьей ветошки
(Если б зашел он ко мне),
Ужином бедным, из мерзлой картошки,
Я поделился б вполне.

Чу!..
Разлетелись по комнате книжки,-
Вижу (потеряна речь):
Две, преогромного вида, мартышки
Топят чугунную печь!

В тонкие нежные дивные слайсы (3 ч),
Рубят, почти что до дыр
Грудку куриную (2 гр: 3 ч); режут на части
Светлый прозрачнейший сыр (3 ч),

И на лету, с ветчиной ароматной (3 ч по 2 куска)
Крутят в сочнейший рулет.
Зелень и мятый чеснок приправляют
Весь это кордебалет.

Брызжется масло (40 мл), и в виде подливки
Льются , - взлетает кувшин,
Жирные, белые, сладкие сливки (20-33 %, 100 мл),
Сливки с альпийских вершин!

Сливки упарились наполовину (1/2 содерж.); -

Тотчас под грохот и вой
Стол колченогий отделки старинной,
Кроют алтарной парчой!

Запахов взвесь запеклась до отрыжки;
Вижу, на стуле вприсяд
Пудель, - в тяжелой собачьей одышке
Белые бивни торчат,

Самка-мартышка стянула передник,
Квохчет, глумясь, за столом,
Страшно грудастая рейнская ведьма
С черным летит помелом!

Тьфу, натянуло нечистую силу...

Сгинь, одиночества мрак!
Лучше пойду-тка я, - рюмку закину, -
В клятый баварский кабак!

2016

***
Вечность, - холодно,
Голо, строго.

О, останься сегодня с ней,
Солнце, солнечный зайчик Бога -
В круговерти блаженных дней!

...Тьма лиловела, багровела,
Когти выточила - точь-в-точь
Кошка негрская Лалибела.

Но ресницы шептались ночь.

***
Феечка,
Облачко снежное
В тихую белую даль,
Горе моё неутешное,
Нежная ты моя жаль -

Я ведь тебе не вернула
И половины любви!

Как же ты горько вздохнула.
Мама...живи...
*
Она боится темноты.
Убрать цветные одеяла.
Она глядит светло, устало
Средь нашей глупой суеты.
И одиночество ее
Уже не с кем
Неразделимо.
И день.
И взгляды - мимо, мимо...
И свет, и в окнах - воронье...
*
Пылали свечи на снегу,
Нахохлясь зябко,
Клевали снежную пургу
И воск на лапках -

В силках у смерти дым крыла
Был горько-вешен.

Он стаял там - на куполах
скворешен.
*
Ветер пламя свечей собьет.
Белым пухом, лебяжьим эхом
Ей земля пополам со снегом.
Боль, - цветами вмерзая в лёд.
Где главу преклоню?-
(От-дай!)-

От любви моей безответной?
Причасти ее Святых тайн,
Добрый Ангел печали светлой.

2009

***
Храни вас Бог за доброту!
За земляничное лукошко,
За Божий храм, за просто - ту,
С которой светел день в окошке.

За золотые Покрова -
На обветшалые потёмки,
За ожиданье Рождества,
За пряник в скомканной котомке!

За расписную гололедь,
За лес, оснеженный и белый!
За веру, большую чем смерть -
За возвращенье этой веры...

***
Хаски

Я не знаю,
Сколько в этом сказки.

В Новый год, когда чудес не счесть,
Берегами сумрачной Аляски
Полетела горестная весть:

Вспышка эпидемии, и дети -
Главная мишень. Курок на взвод,
Протянулись тихо лапы смерти -
К маленьким селеньям - только, вот

Не лежат железные дороги
В те края...
Не сядет самолёт.
Не пройдут по льду оленьи ноги.

Это значит: помощь не придёт.

Но живут в снегах голубоглазки, -
Волчьи души, ангельская шерсть -
И зовутся звери эти - хаски.

...А пути до станции - дней шесть.

Навострились плюшевые уши:
На дворе - не в чуме, веселей!
С белых нарт, поёжившись от стужи,
Им хозяин крикнул звонко: -"Хэй!"

И летели звери, в белой пляске
Льда и снега, в небо - как в капкан,
И глядели звёзды, словно хаски,
Как сочилась кровь из рваных ран.

К станции доставлены салазки.
Есть вакцина! Но окончен бег:
Где прошли стремительные хаски,
Обморозил ноги человек.

Мир жесток.
А Север - царство тени...
Старики, однако, говорят,
Что, бывало, женщины селений
Не детей спасали, а щенят, -
И как будто б, пред вратами рая
(Что давно закрыты на засов),
Сторожами хаски - не впуская
Тех, кто обижал детей и псов...

Белая, лежит во тьме дорога...
Кто из нас не помнит путь домой?
Человек решился: хаски Того
Поведёт упряжку за собой!

Где лежит под настом мёртвый омут,
Где стаила гибель полынья,
Отыскав во льдах дорогу к дому,
По торосам, - Того шёл три дня,
Того шёл три ночи, - и упал-то,
Как смешался с дымом запах звёзд...

За собой повёл упряжку Балто,
И уткнулся в руки снежный нос!

Тот, кто знал тепло огня и ласки,
Никогда с дороги не свернёт.
Так детей спасли от смерти хаски,
Растопив сердцами мёрзлый лёд.

Я не знаю,
Всё ли это - правда.
Верить - (говорят) - всему нельзя.
Ты не верь!

Но знай, что где-то рядом
Есть ещё надежда, - и друзья...

2011

***
Брошенный

На голом льду,
От холода и боли
В стволы дерев
Вгрызаясь до крови,
Сгрызая цепь,
Со всей собачьей воли, -

Пёс замерзал,
А люди шли и шли...

***
Волкособы

Их манят звериные тропы,
И запах кровавой земли.
Войною идут волкособы
За древние клятвы свои.
Разлаписты и толстолобы,
Мешают в крови своей взвесь
Из мести и призрачной злобы, -
И воют победную песнь.

Как лезвие клык волкособа.
И кажется, нет их сильней,
Крутые, -
Но целят особо
В зверенышей или детей:
За то, что их дикие предки
Приручены были людьми,
Служили им славно по крепкой,
По верной и братской любви.
Заслышав их, жмутся собаки.
Собаки честней и слабей.
Собакам не выстоять в драке
С изгоями лунных кровей.

Лишь волки им ровня.
Не с лапы волкам
Пускать волкособов
В свой солнечный Храм.

***
Незадачливый Сатанёнок

Сатанёнок,мало мал, -
Занедужил, захворал.
"Бабка есть, и есть родня, -
Нетуть мамки у меня!"

Круглолица да бела,
Молодица в церкву шла.
Глядь - младенец на крыльце!
Ни кро-ви-ноч-ки в лице!

Молодуха - что те мать -
Ну баюкать! ну качать!
Ай и сладко у груди!
Чёрт мурлычет, тир-ли-ти...

Свет Рождественской Звезды.
Колыхание воды.
Стали думать да рядить,
Как младенца окрестить?

Вышел поп, на пузе крест.
Брызнул Силою Небес.
Что тут стало!.."Вот дак так!.."
"Ой, умора!" - "Гля-а-а...Пятак!"

Молодицу страх пробрал.
Сатанёнок в лес удрал.

Веселись, крещёный люд!
Славу Господу поют.
Тут и сказочке конец.
А кто слушал - молодец!

***
Кошка
(посвящается Бэле)


Уводит за море дорожка.
Обиды старые больны.

Но как мне быть? ведь эта кошка
Ко мне свалилась не с Луны.

Она пришла, за ней бульдожка,
На подозрении держа...

И вот осталась...что рыбёшка?
Ей беляша, ей гуляша!

Я так сначала, понарошку -
Вот подержу - и вовсе вон!
Но привязалась...где там кошку,
Теперь такое пустят в дом!

Она болела - я лечила,
Она обои мне драла,
И что б она не отмочила -
А я прощала, все дела.

Когда ее кусала блошка,
Ловила блошку я тишком.

Ее любила ж я немножко!

Порой поила ж молочком!..

И на тебе, поди - киношка!
Беда мне с этими зверьми...

- "Смотри, обидчивая, кошка!.."

Вот сколько кошку не корми...

2005

***
Пасха

Продавала женщина цветы,
Не в базарный день, а на кладбище.
По цене - дешевле не отыщешь,
Странной-странной, жалкой красоты.

Те цветы ложились на снега,
На холмы могильные тугие…
Обезлюдшей, вымерзшей России –
Рукотворных вересков луга.

Те луга растут в заречной мгле,
По немым градам ее и весям…
В церквах - звон еще: Христос воскресе!

Верую, но сколько их, в земле -
Сколько их, ушедших до поры,
С плит смотрящих холодно и строго,
Нам простит проросшие убого
Наши покаянные дары?

1994

***
"На синем побережьи рая..."
А. Блок


***
На затерянный призрак звезды
Из тенет океанских глубин,
В блеске молний черней черноты -
Ты плывешь,
Мой красивый дельфин.

Ловишь каждый метнувшийся звук,
Что утопит начавшийся шторм...
Мой дельфин,
Мой спасательный круг,
В этой осыпи неба и волн...
*
Может ты, плавниками играя,
В серо-синей воде зазвеня,
Принесешь к побережию рая
С набежавшей волной и меня?..
*
Там есть Дом. Там Мария, светла,
Пеленает дитя средь огней -
Так щекотно от лужиц тепла! -
А Иосиф смеётся над ней...

2009

***
Как ребрышки

Как рёбрышки танцующей собачки
Породы такс - сочетанно-легки,
Нежнейшим дефиле балетной пачки
На шампурах томятся шашлыки!

И солон жар. Облизывая губы,
Грузин, абхаз? - на глаз, Гаргантюа,
Сдирая абрикосовые шубы,
Гоняет поваров, па-де-труа.

Киндзмараули - вкус с царапкой глины.
А хочешь, этикетку поменяй:
(Кивок невозмутимыя горбины) -
И пред тобой Радеда иль... токай!..

Три пары босоножек - к полотенцу,
Гранатом обгорелая спина.
Стихи и море - грохотом по сердцу.
И где-то далеко ещё война.

Отвесный свет
Скользит наждачной дертью
По синьке гор; заката ждёт старик...
И ветер пахнет порохом и смертью,
И бабочек относит на ледник.

**абхазское вино

2008

***
Жемчуг

Пал на колени пред силой бесовскою
Грозный владыка:
Над сыном израненным
Жемчуг осыпался с царского посоха,
Кровью запекся в руке Иоанниной.
Бусого цвета - серее покойника,
Снизан он был в ожерелье богатое,
Знать, лишь ведьмачка с повадкою огненной
Снимет с него роковое заклятие, -
Чтоб заблистали - огнями из заводей,
Тинных, русалочьих - души утопленниц,
Чтоб просияли и Ангелам славою -
Звезд перламутровых синие россыпи.
Тридцать ночей под июльскими сводами
Ведьма купала жемчужины палые.
Жаром горели от лютого холода
Щеки и губы, приманчиво-алые-
В Лунное озеро падали молнии,
Грозы гремели над чарами-соснами.
Нежные пальчики девы Олонии
Жемчуг охватывал кольцами росными,
Черные кудри на плетку наматывал,
Вился под шеей змеей подколодною,
Бился о груди, звенел перекатами,
Было колдунье и зябко, и холодно.
Все вспоминала она неутешное:
Как схоронила жемчужинкой талою
В мать-сыру-землю родное, безгрешное,
Смертью умершее дитятко малое,
Как обрывались с жемчужной подвесточки
Девичьи слезы на свечку венчальную,
Как отдавали горюшу в невесточки,
Как увозили на сторону дальную...
Падали звезды с русалочьим хохотом
В озеро Молний,
Как будто копытами
Тур златорогий бил по' небу с грохотом,
Ведьминой кровью он жемчуг напитывал.
------------------
К жемчугу сила вернулась чудесная,
Светится он белоснежной заутреней
В новых палатах Московского, бесьева,
Тьмы величального, Князя распутного...
Пусто и холодно в души безглазые
Смотрится небо, и рать безъязыкая
Белых монахов проходит под вязами,
Путь освящая иконными ликами.

***
Мельничная нежить

"Как туча, летучие мыши
Нагонят грачиную рябь
На реки, на стрелы камышин,
На морок, на топи, на хлябь."

"С колючим ознобом простуды,
Пугая прохожих и крыс,
Вода у широкой запруды
Обвалами падает вниз."

"Здесь - мельница;
Радуга брезжит;
Здесь сумрачный сом-домосед,-
И гул, что баюкает нежить, -
И омут, глубокий как смерть."

"Сны-глыбы, движенья - нерезки,
Саженных ресниц колеса
Всё шорохи, стуки да трески,
Всё скрипы, шаги, голоса... "

*
"...Бывало, горбунья-Шишига,
Сверкая зубов гоноблёй,
Как поп деревенский расстрига,-
Притащит мешок с коноплёй."

"То хлеба, то водки канючит,
То высыплет в воду табак. -

А кот - в жерновах! - замяучит?

Прогнать бы отродье,- Да как?"

"Где стиснула вишня-смуглянка
Ветлу (не блеснула б Луна)
Утопленник аль Омутянка
Придвинется тихо со дна."

"С очами песчаного цвета,
Закружит тебя, обоймёт...
Бежать, оттолкнуть бы...Да где там...

А пальцы прозрачны как мёд."

"А утро на солнце богато.
Храбры: "Мол, слыхали брехню",
Затеют возню мельничата -

"Кому нынче спать на краю?"

"Но мельник, - что чёрт для монаха -
И тот ведь сточил коготок,
Спознавшись с такою девахой. -
На лопасть порты наволок!"

"Смотри, припозднившийся путник!
Минуй неприветливый Дом...
Помилуй мя, Святый Заступник! -
Лихое творится кругом."
*
"Размолот, по ветру развеян
Волшебный пшеничный завет...
И слова такого - Рассея -
Однажды окажется - нет."

"Двулик и крылат Люцифер твой,
Влачащий державный ярем!
И ты перемолешься жертвой,
Как всё, что становится всем."
*
"Корявая, вросшая в землю,
Корнями сосущая глубь,
Яга, стерегущая мельню,
Распружила снежную крупь."

"А в звёздах, как Мельничный короб
Задела рука седока, -
Средь хлябей небесных и хвороб,
Блесной расплескалась мука."

"И чудится: в вьюжеве, в вое,
В Рождественском хрусте снегов
Скрипит колесо золотое,
В леса отгоняя волков."

"Но тел воронёные тени
Кидаются в окон гробы.
На мельнице слышится пенье
И смех, и слова ворожбы..."

"И Дом тот, и мир этот - в Ад бы -
С душой керосиновых ламп...

Всё полно предчувствием жатвы..."

2009, март

Слобода

"Там, где озеро-лукошко
Брызжет клюквою зарниц,
Где мочёною морошкой
Веют щеки водяниц,
На земле Корелы трудной,
От лукавого - к беде,
Девки песенки подблюдны
Затевали в Слободе.

Дом лесничихи прекрасной
На отшибе у реки.
Пахнет ладаном да краской,
Шаг крадут половики.
А в пол-шаге от усадьбы, -
Сколько нежить не церковь, -
В дымных мхах
Звериной свадьбы
Дремлет древле волчья кровь.

Вышли звёзды из тумана,
Месяц высветил рога,
Словно с посоха Йоханна
Раскатились жемчуга.

По светящейся дорожке,
Сердце - в пятки,
В сердце - гром,
Под собой не чуя ножки,
Акулина входит в дом.

Стол резной в ошмётьях света,
На столе - свеча-ночник.
С одинокого патрета
Смотрит сгинувший лесник.
А хозяйка брови хмурит:

- С чем пришла на Градский Вал?
- Старый сватает Онуфрий...
А Егорша мой - пропал!..

Свет мой свет, моя надёжа,
Прозабыть тебя ли мне?
Вот уж год -
Пропал Егорша,
Видно, сгибнул на войне...

Вот на стульчике точёном,
Вся - отчаянье и страх,
Воск лица - пятном на чёрном,
Села в блёстких зеркалах,

Видит: словно бы картинка -
Лес еловый, крест видны.
Обтекает град Неглинка
С полуночной стороны,
Избы, тени, - топи, тони,
Тут смеются, там молчат,
Там - еврей в молельном доме,
Там под полом прячут клад.-

Закружило, полетело:
Чужедальня сторона,
Замело дорогу мелом,
Звёзд не стало, ночь темна.

Ель стоит перед крыльцом.
Мертвецами полон дом.

В лазарете - что на пашне,
Пот тяжёлый, крик не стих.
В мертвецах - её пропащий,
Богом суженый жених!
Темнота. И снова тени,
Кружат около болот.
Поле брани. Дым сражений
Черной гривою метет.

Олонецкие пищали
Издают ужасный рык:
Шведа, что ли, не бивали,
Затупился русский штык?
Храбрый росс поляку ль, пруссу -
Не уступит, всё одно!
- Враг, пади! - Конец французу!
Славный день, Бородино.

Где ж Егорша? Храбро бьется
С целой тьмою вражьих сил -
И - недвижим, остается
Под лавиной кирасир...

Слёз туман...
И вдруг - в присушке
Чёрных, жгучих, властных глаз -
Посмотрел в глаза девчушке
В треуголке - Тёмный Князь!

Оттолкнулась - и от жути
Подхватилась подолом,
Видно, бесы девку крутят -
Прочь, долой, домой, потом!

Свет в окошке. Тень пригожа.
После баньки - дух парной,
За столом - её Егорша,
Не убитый - а живой!
Им полслова - что сказать бы?
А молва пошла, пошла:
- В Слободе играют свадьбу!

- Вас-то звали? Ну, дела!.."
*
2010




Читатели (108) Добавить отзыв
Как когда-то сказал Саша Коржавин, легче пить вино из бокала,
нежели из бутылки. Сегодня я смаковала чудесное игристое вино
твоих "Шумеров".
Прочла и тут же перечитала опять.
Пленила меня и форма стиха - обожаю такую форму рифмовки.
Интересны ссылки, которые ты даёшь.
Прелесть!

В этой подборке есть ещё чудесное "Кошки" и моё любимое "Хаски".
МОЛОДЕЦ ты.
09/08/2017 21:56
Спасибо) Баллани это настоящее имя шумерской рабыни из документов.
10/08/2017 10:55
Галина! Ну зачем-же так издеваться над читателями?:-))) Вы ведь не Данте!:-))) Вот так накатали!. .Хочется написать отзыв, так ведь сначала нужно прочитать, найти время!:-))) Публиковали бы по одному, как это делает Владлен Израилыч, а потом, по окончанию, в КОЛЛЕКЦИЮ СУММАРНО взяли и оформили, возможности портала это делать позволяют!:-)))Но, могу сказать точно, что читать уже начал и мне нравится!:-)))
04/04/2017 07:26
Графомания))))это весеннее...)
04/04/2017 07:34
Оформляйте графоманию постепенно, не торопясь!:-))) Мало сейчас читателей, которые-бы с уперством графомана читали так-же быстро, как он пишет!:-)))
04/04/2017 08:29
Хорошо)
04/04/2017 10:23
<< < 1 > >>
 
Современная литература - стихи