ОБЩЕЛИТ.РУ СТИХИ
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, критика, литературоведение.
Поиск    автора |   текст
Авторы Все стихи Отзывы на стихи ЛитФорум Аудиокниги Конкурсы поэзии Моя страница Помощь О сайте поэзии
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль
 
Литературные анонсы:
Реклама на сайте поэзии:

Регистрация на сайте


Яндекс.Метрика

Дельфин

Автор:
Жанр:


На синем побережьи рая..."
А. Блок____

***
На затерянный призрак звезды
Из тенет океанских глубин,
В блеске молний черней черноты -
Ты плывешь,
Мой красивый дельфин.

Ловишь каждый метнувшийся звук,
Что утопит начавшийся шторм...
Мой дельфин, - <*)-<_
Мой спасательный круг,
В этой осыпи неба и волн...

***
Может ты, плавниками играя,
В серо-синей воде зазвеня,
Принесешь к побережию рая
С набежавшей волной и меня?..

***
Там есть Дом. Там Мария, светла,
Пеленает дитя средь огней -
Так щекотно от лужиц тепла! -
А Иосиф смеётся над ней..








Письма с "Летучего..."

_____________________________


Шумеры

Стекает в кубок золотой
По краю
Густой таинственный настой...
Я знаю,
Невдалеке уже сквозит
Та яма,
Где потеряла лазурит
Инанна…
И амулеты с плеч моих
Слетели -
Стекляшки рыб, в шнурах витых
Газели...
На дне Пылающих Озёр-
Ни капли,
И смерть излечивает всё,
Не так ли?

Но слишком много стало вдруг
Той смерти,
Как будто мир сразил недуг
Столетний...
Сперва война, потом чума,
А рядом -
Печать великого ума
Ждёт с ядом...

Но как кратка она, назад
Дорога,
Что значит рай, что значит ад
Без бога –
Нам не оставили ответ
Атланты,
И только бронзовый стилет –
Часть правды.

...Гасить последние огни
Не смейте.
Пускай играет Баллани
На флейте.

Эй, Баллани, а он не трус,
Твой воин,
И царских губ запомнить вкус
Достоин...

***

Письма с "Летучего..."

Когда с "Летучего Голландца"
Сквозь рокот волн донёсся крик,
Стряхнув коктейль Клико и транса,
К трубе подзорной я приник.
Корабль в убранстве обветшалом
Шёл без ветрил и без руля,
Как крест в закатном небе алом,
Хозяин шхуны ждал меня.

- Хелло! - На ломаном английском:
- Гуд ивнин, сэр, плиз - тейк ту порт, -
И связка ветхих желтых писем
Перелетела через борт.
Такие письма-привиденья
Обычай – к мачте прибивать.
Но я томился от безделья
И поневоле стал читать...

*
Смотрели алчность и коварство,
Безгрешный пыл и жизни дно
С безумной верой в постоянство
Сквозь соль глубин морских...
Одно,
Письмо фантома-Капитана
Вдруг проступило предо мной,
Как иероглифы тумана
На рейде гавани иной...
*
Знай: одиночество – лишь слово...
Ведь ты со мной, моя звезда,
И Богом, чёртом ли – я скован
С тобой душою навсегда…
*
Чужие письма не читают,
И срок им бросить якоря,
Но никуда не отпускают
Меня Саргассовы моря...

Найти хозяина – ни шанса...
Так и скитаюсь с ними, что ж...
И на Летучего Голландца
Я сам, наверно, стал похож...

***

And captive good attending Captain ill.
*
Избави Бог от муки крестной,
Судить, с другими заодно.
Да не преткнётся шаг над бездной
О нож иль тёмное вино.

Дай промолчать, легко и тупо,
И не вступать в бесплодный спор,
Когда в пророках ходит глупость,
И возвышается позор,

Цена достоинств - подаянье,
Дана пороку власть - грешить -
Обречено ж на вымиранье
Лишь то, чему и должно жить,

И где душа - пустыня Зверя...

Последним... смертным, - обескровь
Уста, - в обьятьях суховея -
Смиренье с посохом, Любовь.
________

Но ложь не ляжет с правдой рядом
Под градом адова свинца.
И есть бесчестию награда:
Презренно имя подлеца.

***

Нефр-эт

Под этим небом,
Распахнутым словно крылья коршуна,
Под звёздами, сосущими молоко ночи,
Под огненным шаром солнца,
Обжигающего лапы скарабея,
Лежащая на чёрной земле Та-Кемета,
Идущая среди мёртвых,
Осыпающих меня ударами и проклятиями,
В храме Хатхор,
Опьяневшей от красного пива –
В этой бойне, которой не видно конца,
В храме Баст, среди забальзамированных кошек
С изумрудными искрами глаз,
Что светят как око Уаджет,

В день,
Когда с севера прилетели ласточки –

Всем вам, возвращающие к жизни,
Всем вам, наполняющие теплом,
Всем вам, развязывающие дыхание,

Я называю имя любимого: о воскресни...

***

Раковина Рамсеса

Я подберу застывший звук
На древнем берегу,
И тихий-тихий шёпот губ
Мой слух уловит вдруг:

Уаг ренпи, унут перет.
Ашер. Тамит неджем,
Ет - хат семи! Шери кеткет -
Джет, джаа, бин неджен.
Уаг мес. Хами, аш, перет.
Мефкат кит. Меседсу
Шему сехет…Кебен ахет,
Нечер, Игду Инбу...

Уаг ренпи. Сиа нахт ка.
Хенерет неджем ха.

-перевод-

Вечер Нового года.
Запах кухни.
Сладко кошке – впереди сливки!
Маленький пёс, сказала,
Палкой, негодный, получишь.
Вечер Нового, рожденного года.
Вино Рыболовной Топи.
Поле ждёт влаги,
О Бог – строитель стен..

***

К Светонию

Вот ты пишешь, Светоний:
В тот год император Тиберий
Взял когортами Рим, опасаясь волны беззаконий
От падения нравов и взлёта чужих суеверий,-
Мне досадно, что ты умолчал о дальнейшем, Светоний!

Он рассорился с магами. Те надоели пророчить
Всюду смерть, разделение царства и смену владыки.
Он актёров изгнал; те посмели играть, между прочим,-
Средь бесчисленных казней - распятья и крестные лики...

Преступлением стала любовь, и ошибкой – свобода...

Я услышу в ответ:
Что ты знаешь о времени, Эгла.

Если в Бактрии древней, на самом краю небосвода,
Рухнул глиняный храм, разве Солнце над миром померкло?

Разве кто-то постиг, что творила тогда Галилея -
И в глубины какие ещё не ушла Атлантида -
И косматой звезды (ты её называешь Галлея)
К колыбели моей почему не склонилась орбита?..

Но позволь мне тебе не поверить, мой гордый Светоний,
С чуткой детской душой
За надменностью римской всегдашней.
Словно ангел крылом, шёлк страниц холодит мне ладони...
Это было в тот год, как не стало Иешу Амашши.

***

У них есть Бог. А утончённый Рим
Зверьём их травит, бросив на арену,
Повелено не быть, как Карфагену!
Но с ними – Бог, и смерть подвластна им.

У них есть Дом – сырой и тёмный свод
Глубоких катакомб... Ворота рая,
Которыми, следы измен стирая,
Единожды предавший не войдет.

Они рисуют углем по золе
Им, посвященным, ведомые знаки,
И молятся, отвержены и наги,
Усевшись тесным кругом на Земле,

Пьют красное вино,
И хлеб как век
Ломают пополам, и так, по кругу,
Переживают Рим, и в Риме вьюгу –

Холодный ветер и холодный снег.

***

Янтарь

"Пора снимать янтарь..."

...Я думаю, что стало с янтарём.
... Могильный червь как лакомство какое
Его изгрыз?
Старуха ль под тряпьём
Нашла его дыханье золотое
- И крадучи, тайком перекрестясь,
Позарилась – взяла его – у мёртвой.
*
Так время,
В спицах вечности вертясь,
Становится для нас смолой, растёртой
В кругах Твоих таинственных дерев,
В огнях Твоих погасших побережий.
Янтарь, янтарь. . . На шее королев
Ты стал петлёй, затянутой и нежной.
* * *
Исчиркана чернилами в букварь,
С колючей детской кляксою над датой,
Жизнь кончена, пора гасить фонарь. . .

Здесь только смерть, -
Последний соглядатай.

***

Жалобы Хайяму

Унылая

Любила раньше я мужчин.
Теперь люблю вино.
Наполовину пуст кувшин.
Холодное оно.

В нём мудрость есть небытия,
Покой и волшебство.
Что в тех словах -
- "Люблю"! - "Твоя"! -
Природы баловство.

Его ж таинственная власть -
Благоуханный сад*,
В какой влечет иная страсть,
Где зелен виноград.

И если варвара мечом
Разрублена лоза -

Там, на реке, в осоках чёлн,
И ветра голоса.

Сердитая

Засох, Хайям, твой цветок,-
И зря думаешь, спасёшь его,
Вина прибавляя!

Сентенциозная

Все поводы ничтожны,
Все доводы скучны,
Все истины преложны,
Ответы не нужны...

На совершенство мира

Гений
Прозябает в пустоте:
Всё вокруг не то... и все не те;
Обыватель
Судит и рядит.
Здравый смысл подтух - да и смердит;
Идиот...
О зуб ломает грош,-
Дескать, брат, меня не проведёшь!;

Место сих раздумий есть трактир.

До чего чудно устроен мир!

На синергетику

Все страхи смертного ума,
Как это ни парадоксально,
В подкрыльях звёзд,
Во тьме сусальной
Всеутверждающего сна...

Но пьём мы жизнь -
И пьём до дна!

Познал закон Вселенной Веллер,
Но от щедрот ее отмерил,
Увы, - Господь - чуток дерьма,

Немного страсти...
Самомненья
Удел, а прочим нищету;

Тем - диалектику сомненья,
Тем - нудной истины тщету,

Что всем нам смерть

В обьятья ляжет...

И потому бессмертны мы,
Смиряя тело плотской жаждой -
И синергетикой - умы!

На время

Что не разрубит время на куски?
Вот вишен облетают лепестки.
Вот честь и верность брошены в огонь...

О пламя,
Только гордости не тронь...

***

Накрытый стол; вино в кувшине;
С мансарды ссыпалась лоза...
И я смотрю – уже в чужие,
Еще томящие глаза.

У океана запах лайма.

В открытом всем ветрам кафе
Мерседес в чёрном,
Тьма и тайна,
Мне шепчет: аутодафе…

Марсель по-прежнему прекрасен
Под корабельной сенью крон.
И я ловлю себя на фразе:
Модерн –
Железо и бетон –

Теперь на набережной... Говор,
Разноязыкий и хмельной,
Даров морских отведать повар
Зовет улыбкой озорной.

Слабеет шторм в волне унылой,
Соленых брызг мельчит крупа…
И замок Иф громадой стылой
Стоит за нами, как судьба.

***

Королева Марго остаётся одна.
Ночь длинна и темна, а постель холодна.
Муж к маркизе ушел, Гиз политикой пьян.
Мать за нежною лаской скрывает обман.
И от скуки такой – хоть к монахам сбежать!
Цицерона читать, зеркала ублажать
Кружевами и фижмами, шёлком и льном
Да жемчужной короной над розовым лбом.
Свет последний померк;
В Лувре – ночь, два часа…
С улиц праздных гуляк чуть слышны голоса.

***

Предательство – вот времени примета.
И ты, мой Брут… и ты, Иуда, - брат...

Как долго ночь тянулась до рассвета,
Чернела ночь, смешав пути назад.

История рассудит – и забудет,
Трагедию за фарс приняв опять…

Но сколько лет осине по Иуде,
Листами трепыхая, тосковать?..

****

Древняя кровь как огонь горяча.
Скифская перевязь, отблеск меча.

Степи и небо. И топот коней…
Черная тяжесть раскосых очей.

Гарь и туман, а в тумане - стада.
С кем это было и где, и когда?..

***

Кавказ. Весна…
Кавказ, война.

Визгливый крик тщедушных горцев.
Что жизнь? Оружия цена,
Да славы русских ратоборцев.
Горит аул. К скале ведут
Последних в схватке уцелевших.
За выстрел – сто. Не долог суд,
И - упокой Господь их, грешных…
Но ночи ждет имам Шамиль,
Чтоб вздернуть головы на пики.
Он топит ненависть в крови,
Прости Аллах ему великий!

Чужбина – ад. Но тем милей
Гостеприимства дух застольный.
Что братства нашего верней?
Что дела нашего достойней!
Так Государь велел – и вот,
Не за награды, а на годы
Смирить мятежные народы
Старик Ермолов нас ведет!
Надеты шашки, на манер
Разбойных конников Шамиля…
Штабной ученый офицер
Тайком читает Токевиля.

***

Что гадать, ко двору ли свобода пришлась?
Нам подняться с колен – значит, в ноги упасть.

Не в крови, не дай Боже, пред миром чисты, -
В непролазной грязи отмываем кресты.

Только слышно мне донной, морской глубиной,
Как шатается трон под царицей-страной...

***

Крым

Вслед за Гомером,
В туманную область Аида,
К руслам исчезнувших рек, растворившихся в море,
Ты уплываешь от нас, Золотая Таврида,
Скалы как якори бросив на синем просторе.

Там, в глубине, средь неслышных подводных течений,
Где осязаема вязкая плотность пространства,
Старец Харон, как рассеется отблеск вечерний,
Челн оттолкнет и направит в Понтийское царство -

За Митридатом…

О граждане Рима, ликуйте!
Что бы грозило теперь вашим подступам ближним?
За Митридатом,
Хранимым привычкой от ртути,
Выбравшим меч свой отточенный – роком всевышним.

Сколько племен к древу жизни прибавило круг свой!
Где киммерийская стража с ключами от ада,
Где вы, в увечьях и золоте, Скифии смуглой
Храбрые воины, персов смышленых досада?..

Срезам смолистым, пахучим и грубым не ровня
Хрупкая завязь…
Искать мудрено нам начала.
И никому,
никогда,
ни о чем не напомнят
Лунные заводи в ночь на Ивана Купала.

***

Матрос

В кабаках бродит хмель
И матросы галдят,
И один, с черным шелком на шее,
Здесь сидит до зари, по столу проводя
Отшлифованной щепкою реи.
Как святой талисман, он ее бережет,
Знак счастливой звезды и удачи:
Друг несчастный его,
В незапамятный год,
Был повешен на рее фок-мачты
Оклеветанный кем-то,
Невинный как бог,
Был он брошен в пучину морскую…
Только чайки последний
Расслышали вздох
Только парус забился, тоскуя.
Улеглись мятежи.
Флот державы окреп.
В отчий дом воротились скитальцы.
Кружка с грогом стоит на дубовом столе,
Да дрожат просмоленные пальцы.

***

Ночь в Петербурге

Свинцово-стальной ноябрь
Невы невесомо-серой,
В надрывах и волдырях,
В нагаре Пяти Империй.

Дряхлеющий Петербург -
Как прежде, жандармский, мятый, -
Влечет свой голландский дух
Клозета и сладкой ваты.

Подсвечивая кресты,
Летит над Невою Ангел,
И шамкают в ночь мосты,
Уныло скрипя в подагре...

*
Родная моя душа,
Чужая моя, чужая -
И я здесь оставлю шаг,
В потемках твоих блуждая,

И я твой покину дом,
Заметив мгновеньем ока,
Как чайка черкнет крылом
В прекрасное одиноко...

2004

***

Колымский асфодель

На стёкла вечности уже легло
Мое дыхание, моё тепло..."
О.М.

Мы научились, - время, вспять -
По стёклам вечности стрелять.

Хватило б камня у богов
Для всех Голгоф.

....Когда во тьме ледел барак,
Дыханья не было, ведь так, -

Там смерть, туманя зеркала,
Крылом легла?..

Там Рим, Петрополь, Коктебель...

А здесь метель, метель, метель -
И хлоркой пахнет асфодель
Колымских недр.

Но Млечный путь горит светло,
Хоть вечность - хрупкое стекло,

И миру не принадлежа,
Летит душа...

***

Мифы

Слагали мифы на холстах,
На огненных скрижалях,
На окровавленных щитах,
Крушили, жгли, мешали...
Поди пойми, откуда мэйд –
Всё спуталось, всё сбилось…
И вот придумал некий Фрейд,
Что это нам приснилось:
Непотревоженно живут
В глубинах подсознанья
Эдип и сфинкс, Нерон и Брут –
Зловещие созданья.
И глупый мозг наш населён,
С инферном Мавзолея,
Живыми трупами...Возьмём,
К примеру, Прометея.

Как смел людей людьми назвать?
А страх? а воля рока?
К скале Кавказа приковать
Отверженного бога! –
Так повелел Зевес-злодей,
И ужас мук был вечен.
Нам пояснят, что Прометей
Имел больную печень.
А мы придумали наш миф
На винной этикетке,
Тогда ещё обжора-гриф
Ругался матом в клетке…

***

Время... Я сравнил его с пращой,
Вскинутой над пропастью...Но в милость,
Глиною горшечной над свечой
Время обезбоженное свилось.

Город пал, и кровь ушла в песок.
Женский взгляд утратил внешний ужас.
(Видел я, как камень бил в висок,
Безвозвратной силою обрушась).

Иоанн пропал; заврался Пётр,
Хоть стыдлив, до детского румянца...
Магдалина плачет, Лазарь пьёт,
Старится... глаза его слезятся.

Но поныне Понтия скала
Недвижима.
Цепко и зловеще,
Словно когти хищного Орла,
Двух имён забытых вензель скрещен.

Прокуратор мёртв...тому виной
Мужество - отчаянья излишек.

Грех велик на нём. Но грех иной
Он - мечом калёным в сердце - выжег.

В катакомбах холод, меркнет свет.
(Путь сюда ищи по тайным знакам)
Может быть, мой скрюченный скелет
На шаги твои взметнётся прахом -

Медный свиток спрячет мой рассказ,
На века, обваленные грудой.
*
Тот, кто предал, был один из нас,
Казначей,
И звался он Иудой...

***

На смерть котёнка

Откуда знает зверь про смерть,
Когда когтистой лапой
Скребет, хрипя, земную твердь,
Когда в попытке слабой
Спасти дитя прижмется мать
К его холодной шёрстке,
И будет звать, и будет ждать
Тепла от этой горстки
Пушистой плоти цветом в медь,
Последнего дыханья?..
Откуда знает зверь про смерть,
Вот тайна мирозданья...

И ты, мой маленький, лети,
В волшебные пределы -
Ты встретишь ангелов в пути,
Их перья снежно-белы,
И овевают сладким сном,
Печали прогоняя...
Ты с человеческим дитем
Войдешь в ворота рая.

2007

***

Пуста, легка невинная строка.
Донос иль стих - бумаге не перечу.

Но подлецом протянута рука...

И движет страх - протянутой навстречу.

* *** ***

Ты храбр душою, друг! тебе мой меч!
Зло - только зло, в поэзии ли, в прозе!

Держась над схваткой, честь не уберечь.

А трус ... пускай останется в обозе.

***

На Петроградской, у Чванова

...Дождь начинался шёпотом.
Криком разбил окно.
Чернь облаков, и кобальтом -
Бледной Луны пятно.
Ждёт экипаж. На часиках -
Полночь.
Чадит свеча.
Сана рисует svastica,
Cлушает скрипача.
Тускло вино германское,
Млеко арийских жён.
- Что-нибудь спой цыганское...
Звон - с колоколен звон,
Где балалайки тенькали
Пьяному сволочью.
Править Россией - немке ли?
Стеньке ли, - палачу...
А по углам без удержа,
Рубль да пятак - душа,
Пальцы сопливит: "бюргерша",
Русское буржуа.
- "Это не рана - раночка!" -
Белая кость тверда.

- "Кровь голубая, мамочка?"
… Знаю, ответит "Да".

***

Золотая оса и собака с доверчивой мордой,
Или бешеный бег, или Фауст над звёздной ретортой

И солёное море, на звонах алхимии цвета,
И беззвучие крика, и капля, и позднее лето, -

Нестерпимо на синем, - на белом,
Прибойном и вьюжном,
На немом языке, где-то в городе терпком и южном,

Где гроза по глазам и взлетели над папертью флаги,
Где нарезаны люди из ломкой и тонкой бумаги.

- Задыхаясь от света, нам сны принесут почтальоны.
Но отлиты медали... но вышиты гладью шевроны...

***

Женщина с котёнком и собакой

В том краю, где голуби ватагой
Из канав сигают в лебеду,
Женщина с котёнком и собакой
Верила в наивную мечту:

Там, за дверью - путь лежит, тревожен,
Сквозь туман и сонные дожди,
А куда - Бог весть!... но кто-то должен
К ней придти по этому пути.

В маленьком шкафу - пылились платья.
И тускнели серьги с бирюзой.
Пёс скулил на чёрное распятье,
А котёнок - бегал за осой...

Муж болел. Он умер от чахотки.
Дни - летели. Кто-то был ещё,
Сумрачный и юный, с гарью водки -
Злое, ненадёжное плечо...

Хрупкая, кто стал её защитой?..
Пёс был стар, котёнок - слишком слаб.

...Дверь открылась. Дьявола не выдал
Ни оскал ... ни запах крови - с лап...

***

Палачу

Домик маленький на окраине.
А в окне не горит свеча:
Здесь холодная тьма отчаянья,
Здесь убежище палача.

Злой старик.
А из глаз, безжалостна,
Немощь старческая течёт.
Он еще поиграет в Фауста,
Раздери ему душу чёрт.

Дверь тяжёлая перекрещена,
И к её прикасалась льду
Только та молодая женщина,
Что приносит ему еду.

***

Перебивая запах яда
Предвосхищением глотка,
Как калька : чашка шоколада
На свет прозрачна и - свет прозрачна и - легка...

А в ней!.. Криолло... Форастеро...
(Олмекских негриков секрет) -
И Тринитарио Мистэро
Сплели изысканный букет...

У продавщицы на прилавке
Лежат конфетные щипцы,
И, - бабки-липки на булавке:
Стекают лавой леденцы,

- А рама, стёгнутая ветром
Грозит разнесть прилавок в хлам -
И занавеска как конфета
Прилипла к сладостным рукам...

И эта девушка, - (с которой
Мы четверть часа переждём), -
С конфетной сладостью -
И шторой,
Под золотым её дождём, -

Как я грущу, что нет Хайяма!..
На эти ситцы... сипотцы...

А небо рвётся синью шрама,
И сыплет капли-дохлецы,

- И, занавески сотрясая,
Окно заглатывает высь -

Какая хрупкая Даная,
Какая прожитая жизнь...

* Криолло, Форастеро, Тринитарио -
сорта шоколадных деревьев

***

Катана

Отполирован
До кости металла
Меч самурая.

В шорохах капель
Так выгнулась
Бабочки Тень.

Сумрачный всадник,
Не знающий
Ада и рая,

В Белом ущелье
Я встречу
Гарцующий день.

Белые лилии
Сорваны.
Нежная веха!

Жив ли
На круге земном
Мой единственный друг…

Если
Тебя позову –
Отзовётся ли эхо?

Громче
Послышится
Сердца ли скорбного стук?

Голос,
Усилием гор
Прорастающий к небу,

Лишь
С молчаливой катаной,
Похоже, сравним.

Словно
Жестокое Солнце,
Что слепит по снегу,

Звук её –
Молния,
Что устоит перед ним?

...Самое-самое
Дно.
Я немного устану.

Нет никого,
Кто сказал бы:
«Путь – к свету. Держись…

Порох и подлость – одно.
Поднимая ж
Катану,

Помни,
Что легче цветка
Обрывается жизнь...»

***

"Тонкий снежок"

Раньше салют фейерверков
Гремел в Сумида, не смолкая...
Разве что дождь - но повсюду
Чайные домики гейш.
*
Когда-то, очень давно, моряки с другого края земли высадились в веселом квартале - Минами. Там юнга-матрос встретил красивую юную гейшу по имени Усуюки, что в переводе звучит так - "Тонкий снежок". Не зная языка друг друга, они влюбились с первого взгляда...

Как говорится,

Минуй Минами,
Путник, если не хочешь
Обжечься сердцам...

Так бывает только в легендах... Но прошла ночь, а они так и не смогли сказать не слова...

А утром оказалось, что юнга забыл у Усуюки свою подзорную трубу.
- Значит, он вернется! - решила юная и доверчивая гейша.
А может, он хотел сказать ей: - Смотри в это изумрудное стекло! Однажды на горизонте покажется мой корабль! Дождись меня...

Сумида несла свои воды, ловцы голубых светлячков выплывали на ее простор со своими бумажными фонариками, отцвела сакура, и вновь зацвела...
А там, на горизонте, собирались снеговые заряды.

Снежная синь.
Изумруда кристалл не зорче
Сокровенного в сердце.

Но каждое утро Усуюки видели на берегу, она ждала, не появится ли вновь португальский корабль , - с ее возлюбленным.

Так прошло много лет.

Все, кто жил в Эдо, видели Усуюки, стоящую на берегу, но - странно: они стали замечать - она не старела. Она оставалась точно такой, как в день встречи с безвестным юнгой. Говорят, только Великая любовь способна остановить время. Такой, наверно, и была любовь самой юной гейши...

С кукольным лицом
Тонкий Снежок не старше
Той первой весны...

***

Суми-э

*
И под летним дождём
Каждая кошка
Кажется брошенной
*
Обмякшее тело
В утренней влаге
Прозрачность рыбин
*
Цвет жизни
Осыпался лишь виноград
Зелен и фиолетов
*
Тяжесть вазы
Сакуры веток
Хрупкая крепость
*
Берегись этих роз
Глаз кошки
Наблюдает из их тени
*
Полка с книгами
Звяканье склянок скрип фитиля
Молчание неодиноко
*
Фальшивой купюрой
Расплатился в кафе
Улыбка женщины
*
Сломана ветка
Обсыпана снегом
А птица поет
*
Роскошная кошка
На ветке сакуры я
Среди серых
*
Спит Дракон
Переливается серебром чешуи
Река
*
Прохожу мимо
Селений в зарослях спящих
Лишь созерцатель
*
Все спела
О чем знала птица
Очередь ветра

***

Иероглифы

*
Ферма Воздушного змея.
Плыву в предрассветный туман,
Вися на карабине.
*
Смотрю в небо
И запрокинутый стакан
Не мешает
*
Снежками сердец
Играем в любовь
На перекрестках ночей

*
На чердаке

Хлопнули двери
И мертвую бабочку
Закружил ветер
*
Хайку ванне

Плывут пузыри,
И как паруса в Трою,
Раздуваются.
*
Шоколадных пен -
Перезимуем в ванне? -
Муфты! Варежки!
*
Дни - наутёк сквозь паутину. Загорай, солнце!
Впереди будет много дождей...
*
Иероглиф времени

Растёртой смолой
Пахнет время.
Вычерчен мой иероглиф.

***

Чукку (тавтограммы)

Мороз

Мотри-т-ка, мороз!
Медведь мёрзнет,
Морж мёрзнет,
Моя, мать, мёрзнет!

Пес

Притомил пса путь . . .
Песцом-попрошайкою
Подачку просит!

Ласка

Линяют льды .
Лето ленивой лаской
Лазурь лижет.

Моржонок

Мокренький, млекоусый
Младенец моржа .
Мертвым-мертва мать . . .

Властелин воды

Великан видом,
Всплывает вдохнуть весны
Властелин воды .

Олень

Оледенели
Омуты -
Острожись оступиться, олень .

Нерпа

Неподвижен наст.
Но нервно нюхает ночь
Нежная нерпа.

2008

***

Зима в Йокагаме

*
Янтарная Луна и гроздья рябины –
Недолго им осталось гореть огнём.
*
Зима.
Под тяжестью снега
Сломались ветки.
Травы застыли.
*
Всю зиму светят мне ледяные звёзды,
Звенит серебром на морозе Ковш Медведицы.
*
Далеко, за снегами ждёт нас дом –
Старые стены под свежей краской.
*
Бег времени.

Побыв пышным кустом,
Умирают
Те хризантемы, что в марте
Срезали мы в воду.

Молчание

…Что-то остановило меня,
Как в зимнем аквариуме – тусклый,
Неподвижный взгляд пираньи.
*
Подарившая жизнь,
Ты примиряешь нас с холодом смерти.
Мама…
*
Любовь, которая затмила собой весь мир –
Я расхотел сочинять эту сказку.

Новый год.

Смолой, звездопадом, ливнями света
Заискрился дом,
Как будто заглянули на огонёк
Весёлые пьяницы.
*
Как поцелуи,
Касаются снежинки ресниц моих.
Прикосновение одиночества.

У воды.

Потерявшая берег,
Вырвалась из наших рук лодка.
Смотрим друг на друга.
*
Скорей бы небо распахнуло свои серые тучи!
Так просит открыть окно выздоравливающий.

Заморозок

Проламывается под ногами корка земли.
Внутри остывающее тепло.

У очага

Едва уловим запах смолы.
Что прочтём по годовым кольцам?
*
Что тебе подарить, - спросит жадный.
Желающий одарить не спрашивает.
*
Огромные зрачки инопланетян –
Слишком много света на их планете,
Слишком тёмен наш мир для них.
*
О золотые духи Гор!
Не найдётся ль у вас для меня
Маленького магнита,
Притягивающего деньги?
Нет, счастье!
*
Потрясая картонными мечами,
Смотрит на нас
Время героев.

Мудрейшие

Не верь никому, - ни звёздам, ни ветру.
Одно постоянно в мире: перемены.
*
…О вечно переглядчивая глупость!
*
Понуро бредут рыбаки вдоль снежного берега.
Пахнет рыбой и зима в Йокагаме!

Гуляки

Нерадостно их возвращение:
Прокутили последние гроши, смотрят хмуро.
*
Паутина над дверью в мой дом?
Но ведь кто-то ещё плетёт её!

***

Сумерки года. Туман на косе.
Время - задумчивый инок.
Боже ж Ты Боже, топить в бирюзе
Хворост полночных снежинок!..

С этой безмолвной звездой на весу -
Неба волшебная рама,
В белом скиту, в одиноком лесу,
И - ни дороги, ни храма...

***

Рулеты Кордон блю и немного из "Фауста"

"Ну, куклы чертовы, скажите,
Что здесь за варево?.."

***

Год начинается посвистом зимним,
Вьюга сдувает чердак.
В черном берете с пером петушиным
Ходит какой-то чудак.

Стеганым пледом из мышьей ветошки
(Если б зашел он ко мне),
Ужином бедным, из мерзлой картошки,
Я поделился б вполне.

Чу!..
Разлетелись по комнате книжки,-
Вижу (потеряна речь):
Две, преогромного вида, мартышки
Топят чугунную печь!

В тонкие нежные дивные слайсы (3 ч),
Рубят, почти что до дыр
Грудку куриную (2 гр: 3 ч); режут на части
Светлый прозрачнейший сыр (3 ч),

И на лету, с ветчиной ароматной (3 ч по 2 куска)
Крутят в сочнейший рулет.
Зелень и мятый чеснок приправляют
Весь это кордебалет.

Брызжется масло (40 мл), и в виде подливки
Льются , - взлетает кувшин,
Жирные, белые, сладкие сливки (20-33 %, 100 мл),
Сливки с альпийских вершин!

Сливки упарились наполовину (1/2 содерж.); -

Тотчас под грохот и вой
Стол колченогий отделки старинной,
Кроют алтарной парчой!

Запахов взвесь запеклась до отрыжки;
Вижу, на стуле вприсяд
Пудель, - в тяжелой собачьей одышке
Белые бивни торчат,

Самка-мартышка стянула передник,
Квохчет, глумясь, за столом,
Страшно грудастая рейнская ведьма
С черным летит помелом!

Ишь, натянуло нечистую силу...

Сгинь, одиночества мрак!
Лучше пойду-тка я, - рюмку закину, -
В клятый баварский кабак!

***

Феечка, облачко снежное
В тихую белую даль,
Горе моё неутешное,
Нежная ты моя жаль -

Я ведь тебе не вернула
И половины любви!

Как же ты горько вздохнула.
Мама...живи...
*
Она боится темноты.
Убрать цветные одеяла.
Она глядит светло, устало
Средь нашей глупой суеты.
И одиночество ее
Уже не с кем
Неразделимо.
И день.
И взгляды - мимо, мимо...
И свет, и в окнах - воронье...

*
Пылали свечи на снегу,
Нахохлясь зябко,
Клевали снежную пургу
И воск на лапках -

В силках у смерти дым крыла
Был горько-вешен.

Он стаял там - на куполах
скворешен.

***

Хаски

Я не знаю,
Сколько в этом сказки.

В Новый год, когда чудес не счесть,
Берегами сумрачной Аляски
Полетела горестная весть:

Вспышка эпидемии, и дети -
Главная мишень. Курок на взвод,
Протянулись тихо лапы смерти -
К маленьким селеньям - только, вот

Не лежат железные дороги
В те края...
Не сядет самолёт.
Не пройдут по льду оленьи ноги.

Это значит: помощь не придёт.

Но живут в снегах голубоглазки, -
Волчьи души, ангельская шерсть -
И зовутся звери эти - хаски.

...А пути до станции - дней шесть.

Навострились плюшевые уши:
На дворе - не в чуме, веселей!
С белых нарт, поёжившись от стужи,
Им хозяин крикнул звонко: -"Хэй!"

И летели звери, в белой пляске
Льда и снега, в небо - как в капкан,
И глядели звёзды, словно хаски,
Как сочилась кровь из рваных ран.

К станции доставлены салазки.
Есть вакцина! Но окончен бег:
Где прошли стремительные хаски,
Обморозил ноги человек.

Мир жесток.
А Север - царство тени...
Старики, однако, говорят,
Что, бывало, женщины селений
Не детей спасали, а щенят, -
И как будто б, пред вратами рая
(Что давно закрыты на засов),
Сторожами хаски - не впуская
Тех, кто обижал детей и псов...

Белая, лежит во тьме дорога...
Кто из нас не помнит путь домой?
Человек решился: хаски Того
Поведёт упряжку за собой!

Где лежит под настом мёртвый омут,
Где стаила гибель полынья,
Отыскав во льдах дорогу к дому,
По торосам, - Того шёл три дня,
Того шёл три ночи, - и упал-то,
Как смешался с дымом запах звёзд...

За собой повёл упряжку Балто,
И уткнулся в руки снежный нос!

Тот, кто знал тепло огня и ласки,
Никогда с дороги не свернёт.
Так детей спасли от смерти хаски,
Растопив сердцами мёрзлый лёд.

Я не знаю,
Всё ли это - правда.
Верить - (говорят) - всему нельзя.
Ты не верь!

Но знай, что где-то рядом
Есть ещё надежда, - и друзья...

***
Брошенный

На голом льду,
От холода и боли
В стволы дерев
Вгрызаясь до крови,
Сгрызая цепь,
Со всей собачьей воли, -

Пёс замерзал,
А люди шли и шли...

***

Кошка
(посвящается Бэле)

Уводит за море дорожка.
Обиды старые больны.

Но как мне быть? ведь эта кошка
Ко мне свалилась не с Луны.

Она пришла, за ней бульдожка,
На подозрении держа...

И вот осталась...что рыбёшка?
Ей беляша, ей гуляша!

Я так сначала, понарошку -
Вот подержу - и вовсе вон!
Но привязалась...где там кошку,
Теперь такое пустят в дом!

Она болела - я лечила,
Она обои мне драла,
И что б она не отмочила -
А я прощала, все дела.

Когда ее кусала блошка,
Ловила блошку я тишком.

Ее любила ж я немножко!

Порой поила ж молочком!..

*
И на тебе, поди - киношка!
Беда мне с этими зверьми...

- "Смотри, обидчивая, кошка!.."

Вот сколько кошку не корми...

***

Пасха

Продавала женщина цветы,
Не в базарный день, а на кладбище.
По цене - дешевле не отыщешь,
Странной-странной, жалкой красоты.

Те цветы ложились на снега,
На холмы могильные тугие…
Обезлюдшей, вымерзшей России –
Рукотворных вересков луга.

Те луга растут в заречной мгле,
По немым градам ее и весям…
В церквах - звон еще: Христос воскресе!

Верую, но сколько их, в земле -

Сколько их, ушедших до поры,
С плит смотрящих холодно и строго,
Нам простит проросшие убого
Наши покаянные дары?
1994

***

На синем побережьи рая..."
А. Блок____

***
На затерянный призрак звезды
Из тенет океанских глубин,
В блеске молний черней черноты -
Ты плывешь,
Мой красивый дельфин.

Ловишь каждый метнувшийся звук,
Что утопит начавшийся шторм...
Мой дельфин, - <*)-<_
Мой спасательный круг,
В этой осыпи неба и волн...

***
Может ты, плавниками играя,
В серо-синей воде зазвеня,
Принесешь к побережию рая
С набежавшей волной и меня?..

***
Там есть Дом. Там Мария, светла,
Пеленает дитя средь огней -
Так щекотно от лужиц тепла! -
А Иосиф смеётся над ней..

***
Жемчуг

Пал на колени пред силой бесовскою
Грозный владыка:
Над сыном израненным
Жемчуг осыпался с царского посоха,
Кровью запекся в руке Иоанниной.
Бусого цвета - серее покойника,
Снизан он был в ожерелье богатое,
Знать, лишь ведьмачка с повадкою огненной
Снимет с него роковое заклятие, -
Чтоб заблистали - огнями из заводей,
Тинных, русалочьих - души утопленниц,
Чтоб просияли и Ангелам славою -
Звезд перламутровых синие россыпи.
Тридцать ночей под июльскими сводами
Ведьма купала жемчужины палые.
Жаром горели от лютого холода
Щеки и губы, приманчиво-алые-
В Лунное озеро падали молнии,
Грозы гремели над чарами-соснами.
Нежные пальчики девы Олонии
Жемчуг охватывал кольцами росными,
Черные кудри на плетку наматывал,
Вился под шеей змеей подколодною,
Бился о груди, звенел перекатами,
Было колдунье и зябко, и холодно.
Все вспоминала она неутешное:
Как схоронила жемчужинкой талою
В мать-сыру-землю родное, безгрешное,
Смертью умершее дитятко малое,
Как обрывались с жемчужной подвесточки
Девичьи слезы на свечку венчальную,
Как отдавали горюшу в невесточки,
Как увозили на сторону дальную...
Падали звезды с русалочьим хохотом
В озеро Молний,
Как будто копытами
Тур златорогий бил по' небу с грохотом,
Ведьминой кровью он жемчуг напитывал.
------------------
К жемчугу сила вернулась чудесная,
Светится он белоснежной заутреней
В новых палатах Московского, бесьева,
Тьмы величального, Князя распутного...
Пусто и холодно в души безглазые
Смотрится небо, и рать безъязыкая
Белых монахов проходит под вязами,
Путь освящая иконными ликами.

***

Мельничная нежить

Как туча, летучие мыши
Нагонят грачиную рябь
На реки, на стрелы камышин,
На морок, на топи, на хлябь."

"С колючим ознобом простуды,
Пугая прохожих и крыс,
Вода у широкой запруды
Обвалами падает вниз."

"Здесь - мельница;
Радуга брезжит;
Здесь сумрачный сом-домосед,-
И гул, что баюкает нежить, -
И омут, глубокий как смерть."

"Сны-глыбы, движенья - нерезки,
Саженных ресниц колеса
Всё шорохи, стуки да трески,
Всё скрипы, шаги, голоса... "

*
"...Бывало, горбунья-Шишига,
Сверкая зубов гоноблёй,
Как поп деревенский расстрига,-
Притащит мешок с коноплёй."

"То хлеба, то водки канючит,
То высыплет в воду табак. -

А кот - в жерновах! - замяучит?

Прогнать бы отродье,- Да как?"

"Где стиснула вишня-смуглянка
Ветлу (не блеснула б Луна)
Утопленник аль Омутянка
Придвинется тихо со дна."

"С очами песчаного цвета,
Закружит тебя, обоймёт...
Бежать, оттолкнуть бы...Да где там...

А пальцы прозрачны как мёд."

"А утро на солнце богато.
Храбры: "Мол, слыхали брехню",
Затеют возню мельничата -

"Кому нынче спать на краю?"

"Но мельник, - что чёрт для монаха -
И тот ведь сточил коготок,
Спознавшись с такою девахой. -
На лопасть порты наволок!"

"Смотри, припозднившийся путник!
Минуй неприветливый Дом...
Помилуй мя, Святый Заступник! -
Лихое творится кругом."
*
"Размолот, по ветру развеян
Волшебный пшеничный завет...
И слова такого - Рассея -
Однажды окажется - нет."

"Двулик и крылат Люцифер твой,
Влачащий державный ярем!
И ты перемолешься жертвой,
Как всё, что становится всем."
*
"Корявая, вросшая в землю,
Корнями сосущая глубь,
Яга, стерегущая мельню,
Распружила снежную крупь."

"А в звёздах, как Мельничный короб
Задела рука седока, -
Средь хлябей небесных и хвороб,
Блесной расплескалась мука."

"И чудится: в вьюжеве, в вое,
В Рождественском хрусте снегов
Скрипит колесо золотое,
В леса отгоняя волков."

"Но тел воронёные тени
Кидаются в окон гробы.
На мельнице слышится пенье
И смех, и слова ворожбы..."

"И Дом тот, и мир этот - в Ад бы -
С душой керосиновых ламп...

Всё полно предчувствием жатвы..."

2009








Читатели (186) Добавить отзыв
Великолепно! Согрелся этим теплым и душевным стихотворением! Извините, забыл, как Вас зовут, или не спрашивал?:-)))

С уважением, Дмитрий Православный!
25/01/2016 05:00
Спасибо))
26/01/2016 06:21
<< < 1 > >>
 
Современная литература - стихи